Мрачные тени Евы Грин

Свою первую роль в кино Ева Грин сыграла, когда ей было 22. И сыграла блистательно ­ это были «Мечтатели» Бернардо Бертолуччи. Всего за несколько лет ее узнал весь мир, и теперь у нее есть репутация, 12 фильмов в фильмографии (немного, но ни одного случайного) и, главное, индивидуальность, которую не так просто сохранить начинающей актрисе, вынужденной идти на компромиссы. Когда­то среди своих любимых режиссеров она называла Тима Бертона, в списке также были Ингмар Бергман и Франсуа Трюффо. С последними двумя ей уже не удастся поработать, а Тим Бертон сам предложил ей роль – в своем новом фильме «Мрачные тени», поставленном по мотивам одноименного американского сериала конца 60­х годов

Здесь на площадке ей составили компанию Мишель Пфайффер, Кристофер Ли, а также бессменные бертоновские любимцы – Джонни Депп и Хелена Бонэм Картер. Как­то раз в разговоре с Тимом Бертоном Джонни Депп обмолвился, что в молодости мечтал быть Барнабасом Коллинзом, героем вампирского сериала «Мрачные тени». Так в чем же дело? Друг, учитель, альтер эго Тим Бертон дал Джонни такую возможность. В конце концов, кто кроме Бертона сможет сделать это лучше, с его любовью к изнанке мира, которая всегда оказывается интереснее и достойнее его лицевой стороны?

Итак, пару сотен лет назад жил­был Барнабас Коллинз, богач, повеса, неисправимый Казанова. И жил бы он себе счастливо, если бы не разбил сердце Анжелике Бошар, которую играет Ева Грин. Потому что Анжелика оказалась настоящей ведьмой и в отместку превратила Барнабаса в вампира, а после похоронила. Целых двести лет пролежал Барнабас в фамильном склепе, и вырваться на свободу ему удалось лишь в 1972 году. Вернувшись в семейное поместье, он находит там весьма жалкие остатки некогда могущественного семейства Коллинз, и у каждого – свои скелеты в шкафу. Говорят, здесь Тим Бертон вернется к темам, принесшим ему мировую славу, – «Битлджусу», «Эду Вуду» и «Сонной лощине».

Еще до премьеры фильм получил широкую известность. Но известность скандальную: сплетничают, что именно Ева Грин стала причиной разрыва многолетних отношений Джонни Деппа и Ванессы Паради. Что Паради настаивала, чтобы роль Анжелики сыграла ее сестра Алиссон, потому что, мол, Ева – именно тот тип женщин, который нравится Деппу. Она француженка, модель и актриса. Вряд ли это правда, тем более что никаких подтверждений слухам нет. Известно лишь, что на роль Анжелики пробовались Энн Хэтауэй и Линдси Лохан. Но даже если эта сплетня – правда, зная характер Евы Грин, остается надеяться, что сердце Джонни Деппа уцелеет. Потому что прекрасная Ева пришла в кино не для того, чтобы окунуться с головой в мир гламура и скучного флирта. Она пришла для того, чтобы познать себя, а не покорять сердца партнеров­звезд.

«Когда люди впервые видят меня, они думают, что я очень холодна. Я всегда сохраняю дистанцию, вероятно, потому я так погружена в актерскую игру: только так я могу выразить себя, и только так я могу примерить любую маску», – говорит о себе актриса.

«За двадцать лет у меня было всего два ученика, так сильно сконцентрированных на своей цели. И один из них – Ева Грин. Она способна отказаться от чего угодно, если это мешает продвижению к цели, при этом она может быть жестока как мужчина и нежна как настоящая женщина», – так говорит о ней первый учитель актерского мастерства Ева Сен Пол, именно в ее школе в Париже провела Ева три года сразу после окончания школы. Кстати, школа, в которой училась коренная парижанка Ева Грин, живущая в престижном 17­м округе, была американская. Французские школы Ева посчитала слишком буржуазными.

И в этом нет ничего удивительного: ее мать, Марлен Жобер – знаменитая французская актриса, она играла у режиссеров Новой волны – Клода Шаброля, Луи Малля, Жана­Люка Годара, без устали насмехавшихся над знаменитой французской буржуазностью. Забавно, что в 1997­м Марлен получила французскую премию «Сезар» за вклад в киноискусство, а Ева, по иронии судьбы, – британскую BAFTA как самая многообещающая актриса года. В июле 1980 года Марлен Жобер родила двойняшек, сразу же после рождения их в страшной тайне увезли из Парижа в загородный дом, который снимал для семьи отец, Уолтер Грин, простой дантист со шведскими корнями. Родители опасались, что они будут похищены, так велика была известность Марлен. Уже через два месяца после рождения дочки с мамой появились на обложке Paris Match, но в остальном у девочек была самая обычная жизнь. Младшая, родившаяся на пару минут позже, Джой, изучала бизнес и вышла замуж за итальянского графа. А старшая, Ева, всегда была очень стеснительным ребенком. Настолько стеснительным, что мать и подумать не могла, что когда­нибудь ей придет в голову стать актрисой. До тех пор, пока Ева не решила перейти из традиционной французской школы в современную американскую. Причина была, по ее словам, единственная: там был курс актерского мастерства. К этому времени в кумиры Ева выбрала себе «мать немецкого панка» Нину Хаген. Она выкрасила волосы в радикально черный цвет, губы – в лиловый, а глаза – в зеленый. Она предпочитала бархат и корсеты, но иногда позволяла себе одеться и гейшей. С этого момента Ева стала самой собой, она поняла, что ей интересно в жизни, и сразу после окончания поступила на трехгодичный курс обучения к Еве Сент Пол, которую часто называет своим учителем. Главное в курсе обучения было не только актерское мастерство, но также танец, пение и, главное, умение чувствовать спрос, умение продать себя, показать с лучшей стороны. Потом было обучение в Лондоне и Нью­Йорке, но первое время Еве Грин не так легко было продать себя. Сегодня она облегченно вздыхает, вспоминая неудачные пробы: «Они считали меня слишком мрачной – да у них просто нет воображения!» Однако для начинающей актрисы каждый отказ был разочарованием. Однажды знаменитый американский режиссер, имени которого Ева, конечно же, называть не хочет, после проб, на которых она читала отрывок из романа Артура Шницлера, остановил ее, не дослушав, и очень грубо отказал ей. «Я занесла его в свой черный список», – говорит актриса. Ева успешно выступала на парижской сцене, но чувствовала, что театр не может ей дать того, что может кино.

Когда Бернардо Бертолуччи сделал Еве предложение сыграть в «Мечтателях», провокационной истории любви втроем в разгар студенческих беспорядков в Париже в 1968­м, Ева согласилась не раздумывая. Родители отговаривали дочь, приводя в пример разрушенную жизнь Марии Шнейдер, сыгравшей в «Последнем танго в Париже». Но Ева была непреклонна. И победила: «Мечтатели» сделали ее звездой, несмотря на то, что главным предметом обсуждения стали смелые эротические сцены между Евой Грин, Майклом Питтом и Луи Гаррелем. «У меня было ощущение, что я порноактриса, так часто меня спрашивали об этом. Но я не понимаю, почему все так сходят с ума от секса. Эй, включите телевизор, там ежедневно показывают мертвых детей, и вас это не смущает?» Может быть, устав от таких вопросов, она отказала Ларсу фон Триеру, когда тот предложил ей роль в «Антихристе»?

Сыгранная тремя годами позже роль Веспер Линд, единственной любви Джеймса Бонда в обновленном сериале «Казино «Рояль» с новым Бондом – Дэниелом Крейгом и вовсе вознесла Еву на недосягаемую высоту. В первую очередь из­за сумасшедших сборов – 600 миллионов долларов добавляют актеру вес. Но для нее это была всего лишь интересная роль:

«Я никогда не думала, что для англичан Бонд – что­то вроде члена королевской семьи, что для них это так важно».

Ева Грин успела поработать моделью для Lancôme, Emporio Armani и Christian Dior. Она пишет музыку и в перерывах на съемочной площадке слушает классику. А прогулки по музеям предпочитает шопингу и светской жизни. «Когда меня особенно беспокоит какая­нибудь роль, я прошу совета у мамы, и все, что она может сказать: «Не паникуй». Ей легко говорить, в ее времена конкуренция не была так велика. Но она, так же как и я, уверена, что наша профессия – ужасный выбор, потому что невыносимо сложно постоянно чувствовать свою зависимость от мнения других. Что мне еще остается делать? Не принимать все близко к сердцу и быть сильной», – говорит актриса.

Leave a Reply