Иан Пейс: легендарный ударник Дип Перпл

Барабанщик Иан Пейс – одна четвертая часть легендарного рок-квартета «Дип Перпл» (Deep Purple) и один из лучших барабанщиков мира. Он единственный участник группы, входивший во все ее составы.

Барабаны интересовали его не всегда – до 15 лет Пейс играл на скрипке. Карьера барабанщика началась с выступлений с отцом. Тот играл незатейливые пьесы в танцевальном джаз-банде, и сын стал ему подыгрывать. В репертуаре были вальсы, фокстроты и квикстепы.

Название группы придумал Ричи Блекмор. Среди других вариантов значились Orpheus и Fire, однако выбрали Deep Purple – по названию любимой песни бабушки Блекмора на пластинке, записанной до войны оркестром Дюка Эллингтона. Первый диск – Shades Of Deep Purple («Оттенки багряного») был записан всего за два дня, в субботу и воскресенье 11-12 мая.

После распада Deep Purple музыкальная жизнь Пейса не закончилась. Была создана группа Paice, Ashton & Lord, куда вошли вокалист и клавишник Тони Эштон, органист Джон Лорд, гитарист/вокалист Берни Марсден и басист Пол Мартинес. Супергерои этой супергруппы обладали сильными характерами, которые, видимо, и завели группу в тупик: Paice, Ashton & Lord записали всего один альбом – Malice In Wonderland. В 1977 году группа распалась. Через два года Пейс присоединился к группе Whitesnake – сотрудничество продолжалось до 1982 года. Затем сотрудничал с Гари Муром до 1984 года, работал с Питом Йорком, Джорджем Харрисоном и Полом Маккартни. Один из музыкантов Deep Purple – Род Эванс – в 1980 г. решил возродить группу и связался с бас-гитаристом первого состава Ником Симпером. Он отказал, но неугомонный Эванс все же собрал «новых перплов» из музыкантов, внешне похожих на первых участников коллектива. Помешать его инициативе и остановить концерт на 18-тысячном стадионе в Лос-Анджелесе смогли только с помощью судьи.

Воссоздать группу удалось в 1984 году Иану Гиллану. Группа вновь собралась в своем золотом составе – ударник Иан Пейс, бас-гитарист Роджер Гловер, гитарист Ричи Блекмор, органист Джон Лорд и вокалист Иан Гиллан. Пороха хватило на несколько лет – был подписан контракт с фирмой «Полидор», начались гастроли и записи новых пластинок. Однако сам Гиллан покинул группу как раз накануне ее 20-летия.

Сегодня Иан Пейс продолжает выступать, в том числе и с Джоном Лордом, соратником по Deep Purple. Кстати, музыканты женаты на сестрах-близнецах. Жена Иана, Джэки – организатор благотворительного фонда Sunflower Jam. Музыканты организуют грандиозные концерты, которые помогают собрать деньги для этой организации.

» Вы только что вернулись из России – поделитесь впечатлениями.

Каждый раз, когда мы приезжаем в Россию – в Москву, Петербург или Екатеринбург, видны перемены. Я заметил, что жизнь для многих людей по­прежнему тяжела, но у них есть уверенность, что в стране происходят положительные перемены. Кажется, что люди знают больше, путешествуют больше. А вот еще одно наблюдение: уклад жизни становится более похож на общемировой, такой, как везде на Западе. Но вообще­то в наши дни мир становится все меньше и меньше – во время путешествий мне требуется все меньше времени, чтобы адаптироваться к обстановке.

» Говорят, вы даже ужинали с президентом России Дмитрием Медведевым. Это правда?

Да, я давал концерт в Кремле с некоторыми другими артистами, и среди публики находился господин Медведев. Оказалось, что он с подростковых лет был фанатом нашей группы. Впервые у нас выдалась свободная ночь в Москве, и президент пригласил нас на ужин и рюмку водки в своей великолепной загородной резиденции. Мы провели прекрасный неформальный вечер.

» А вы подарок с собой принесли?

Да , я подарил ему барабанные палочки – не мог придумать ничего другого, что бы поместилось в карман.

» В чем, на ваш взгляд, заключается секрет успеха – в таланте, в кропотливой работе?

Чем дольше над чем­то работаешь, тем больших высот достигаешь. Я не знаю всего о барабанах, но мои знания очень обширны. Но если просто играешь как тебя научили, если ты не творишь, то так и не сможешь научиться передавать свои эмоции. Понятно, я не могу играть безупречно во время каждого выступления, но все в порядке до тех пор, пока я стараюсь выложиться на все сто процентов. Конечно, многому можно научиться, но для развития нужен фундамент, то есть талант. Почему некоторые люди могут неплохо рисовать, а другие люди пишут настоящие шедевры? Это та самая божья искра, с которой некоторые рождаются. Если кто­то обладает ростом 2 метра, вы можете завидовать, но сделать­то ничего по этому поводу не сможете.

» В вашем случае музыкальный талант случайно не передался генетически? Ведь ваш отец играл на фортепиано.

Я не думаю, передается ли генетически способность играть на музыкальных инструментах. Некоторые вещи – влияние культуры. Например, в моем доме всегда играла музыка, когда я был ребенком, а когда я вырос, то у меня было больше возможностей развивать музыкальную карьеру, потому что отец уже работал в этой сфере.

» А почему ваши дети не стали музыкантами?

У каждого из них есть музыкальный талант. Мой сын, например, больше любит проводить время за написанием музыки и за работой в студии. У дочерей прекрасные голоса, но они выбрали другой профессиональный путь – это их выбор. Для меня самое главное, что они выросли интересными и хорошими людьми и они счастливы.

» Может быть, вы оказали на них мало влияния, потому что все время путешествовали с группой?

Я думаю, эти разлуки сделали их сильнее. Мне повезло – в время тура я могу вести себя как 15­летний тинейджер, но так себя вести можно только до определенного момента, иногда нужно возвращаться к реальности, а у меня она такая прекрасная. Таким образом, обе стороны моей жизни – личная и профессиональная – прекрасно сбалансированы. Но я упустил гораздо больше, чем они. Все­таки им приходилось скучать по одному человеку, а мне – по всем четырем.

» Вы и другой «перпл» – Джон Лорд – женились на близняшках Джэки и Викки.

Я первый женился на Джэки, так что я чист. Но если серьезно, то, когда ты играешь в рок­группе, круг общения значительно сужается. Когда мы стали встречаться с Джэки, ее сестра стала частью этого круга. Так что в том, что они с Джоном поженились, нет ничего необычного – она находилась на расстоянии вытянутой руки.

» На что похожи отношения в группе? Не похожи на семейные?

Они абсолютно повторяют отношения в семье: люди проводят много времени вместе, они ругаются, веселятся, много чего делают вместе. Но даже если они работают вместе, это еще не означает, что люди друг другу нравятся. Со временем мелочи превращаются в большие проблемы, и некоторым людям становится сложно работать и общаться друг с другом.

» Когда вы оглядываетесь назад, как думаете – какое время было самым лучшим у Дип Перпл?

Мне кажется, 1969 год был самым важным для нас годом, когда произошли первые перемены в составе. Тогда мы были вместе 15 месяцев и совершенно не знали, в каком направлении дальше двигаться, и вдруг все кусочки головоломки сложились, все стало ясно. Следующие два года были просто великолепны, а потом отношения дали трещину. Сейчас опять все волшебно, потому что с возрастом поубавилось эгоизма, и мы осознаем, что возможность заниматься тем, что мы любим больше всего – это чудо.

» Как вы думаете, почему ваши концерты до сих пор собирают так много зрителей?

Я не анализирую как и почему так получается. Я просто знаю, что мы хорошо делаем свое дело. У меня есть теория, что во время написания музыки рождается какая­то энергия, которая резонирует с людьми всех возрастов. На наши концерты приходят и тинеджейры, и им нравится не меньше, чем родителям и бабушкам с дедушками, которым уже шестьдесят. Это – волшебство.

» Где группа выступает эти летом?

Мы скоро едем в турне по Греции, Израилю и, наверное, заглянем еще в пару стран в этом регионе. В ноябре мы выступаем в Лондоне на стадионе O2. Конечно, одно из самых главных выступлений – в Альберт­холле на благотворительном концерте Sunflower Jam, которые организует моя жена Джэки. Мероприятие сильно отличается от подобных балов, где от гостей хотят только две вещи – чтобы они дали побольше денег и побыстрее ушли. Главная составляющая этого бала – музыка, и конечно сбор средств для благих целей. Музыканты всегда удивляют зрителей чем­то необычным на этих концертах, а мы их уже несколько провели – например, Роберт Плант игает блюз, Пол Уэллер переигрывает песни Джо Кокера, знаменитые музыканты объединяются на один вечер в необычные группы. Sunflower Jam – это весело. Фонд Джэки Sunflower Jam растет, поэтому мы выступаем на такой солидной площадке. В Альберт­ холле всегда царит такая волшебная и роскошная атмосфера. Кстати, никаких костюмов и галстуков­бабочек – мы просим всех одеться просто, пить побольше вина и быть готовыми к головное боли на следующее утро.

» Кстати об алкоголе – как рок-звезды справляются с соблазнами алкоголя и наркотиков?

Такие соблазны преследуют и тех кто работает в индустрии развлечений, и в банке. В музыкальном мире, когда у тебя есть деньги, люди автоматически полагают, что ты начнешь творить глупости – так тебя находит алкоголь и наркотики. Я думаю, что если есть к этому предрасположенность, то не важно – музыкант ты или нет. Все зависит от характера. В молодости я пил слишком много, был такой недостаток. Но вот наркотиками не баловался – может быть от того, что я вырос в деревне, где алкоголь был обычным делом, а о наркотиках никто и не слышал. Не все люди четко видят свой жизненный путь, не все понимают, что с алкоголем или наркотиками не надо вступать в борьбу – можно потерять способность творить, в конце концов замкнуться в себе и потерять дар общения. И сегодня некоторые молодые музыканты наслаждаются успехом, пускаются во все тяжкие, но посмотрим, будут ли они живы в 50 лет – вот это будет чудо.Если природа дала тебе талант, твой долг развить его насколько это возможно.

 

interview by  Elena RAGOZHINA l text by  Elena Lapteva

 

Be the first to comment

Leave a Reply