«Закулисье». Масонство во Франции

«Все тайное становится явным», – писано в Евангелии. А в наш век Всемирной паутины в прошлом остаются самые что ни на есть «вселенские» тайны! Как, откуда и когда пришла в мир строительная (то бишь масонская) традиция? Об этом спорят до сих пор.

В качестве примера подобной «всемирной открытости» можно вспомнить о курьезном скандале, который потряс региональную Фемиду на Лазурном берегу. Шесть лет назад местный генеральный прокурор с летучей фамилией де Монгольфье обнаружил во вверенной ему Ницце, что некоторые судейские, в частности, почтенный судебный следователь по фамилии Ренар, используя электронную картотеку юстиции, нелегально составляли список возможных кандидатов для вербовки в свою масонскую ложу!

Компаньоны и компания

А теперь из солнечной Ниццы перенесемся на солнечную опять­таки Землю обетованную, куда ваша покорная слуга впервые попала в 1992 году. Друзья тогда устроили мне познавательную поездку – от Иерусалима и до Мертвого моря. Привезли меня и в Цфат – город каббалистов. Я была поражена уже на въезде: поперек улицы там висел транспарант с изображением циркуля и мастерка. Те же знаки встречались по всему Цфату. Мне объяснили, что эти каббалистические знаки на самом деле говорят о сакральном отношении к строителям («масонам» – maçons), чье ремесло «циркуля и наугольника» в древности приравнивалось к искусству, даже к некоему таинственному обряду.

Профессиональные инициатические организации существовали еще в Древнем Египте. Уже в эпоху Древнего царства там был культ бога Пта, считавшегося покровителем ремесел. Подобные организации существовали также в Греции, Риме, Месопотамии, Персии, Индии, Китае. Строительные знания и навыки в древнем мире окружались плотной завесой тайны, носили кастовый характер. Вход в эту систему был строго ограничен.

Тысячелетия спустя в Европе появилась корпорация «вольных каменщиков» (franc-maçons). Так изначально назывались строители и зодчие, возводившие замки и соборы. Их корпорация официально существует с 1373 года. Ценимые всем обществом, эти специалисты высокого класса обладали целым рядом привилегий. В числе «вольностей» у них было право на самоуправление, на внутрицеховое правосудие, а главное, право самим назначать цену за свой труд. Надо сказать, что представители именно этой корпорации строителей первыми прорвали сословную блокаду. Тем самым в начале Нового времени был заключен исторический пакт – установлены правовые отношения между аристократией и нарождающимся «третьим сословием» – предтечей нынешней буржуазии.

У средневековых цеховиков имелись подмастерья. Оттачивая ремесленническое мастерство, эти юноши годами кочевали из города в город, совершая так называемый Tour de France (не путать с велосипедными гонками!). Гильдии создавали странствующим подмастерьям максимально благоприятные условия для успешнного прохождения стажировок. В городах, по которым пролегал их маршрут, имелись странноприимные дома (mères), столовые, оказывалась медицинская помощь.

После нескольких лет учения подмастерье должен был сдать экзамен на мастерство – создать «шедевр». Затем следовало посвящение в профессию – выдавался диплом, как это происходит и в наши дни.

 

«Я в масоны бы пошел…»

Как стать масоном – в современном понимании, вестимо? Масонами становятся не те, кто этого захочет сам, а те, которых решит привлечь само масонство. Для этого члены общества пристально изучают круг своих знакомых и намечают тех, кого считают потенциально полезными для ложи.

А таковыми считаются лица, обладающие хорошим достатком либо влиятельным положением в обществе. И 258-й параграф статута французского масонства так и звучит: «Ложи должны тщательно избегать посвящения профанов, которые не могут вынести расходов общества».

«Вербовщики» ловко зондируют почву, тестируют, обещая «перспективным» кандидатам различные выгоды: людям вдумчивым – объяснение религиозных таинств, беспечно-веселым – банкеты и общество красивых женщин, коммерсанту – выгоды и кредиты, чиновнику – успешную карьеру. Вербовка обычно бывает тактичной, ненавязчивой и для начала ограничивается простыми советами ознакомиться с обществом. «Это вас ни к чему не обязывает. Вы всегда можете уйти, если вам не понравится». И если кандидат согласен, он должен пройти тайный обряд посвящения.

Для принятия неофита в ряды ложи изначально был разработан особый обряд. Сначала с кандидата снимали камзол, левую штанину брюк закатывали выше колена, левую сторону груди обнажали, а правый башмак заменяли домашней туфлей, глаза завязывали, на шею надевали петлю. Приставив острие шпаги к груди, в присутствии Магистра неофита просили ответить на ряд ритуальных опросов, а потом он давал клятву не разглашать тайны ордена.

Как уже говорилось, цементом масонских, как, впрочем, и многих других культовых организаций, всегда была тайна, символическая эзотерика. Причастные к масонам, например, носили зловещие кольца с изображением черепа. А специально созданная система знаков и жестов позволяла отличить своего от чужака. Увы, как раз такая «непрозрачность» приводила и приводит ко многим недоразумениям, заблуждениям и подозрениям, связанным с «вольными каменщиками» и их деятельностью, – что греха таить, порой не без оснований…

 

«Свобода, Равенство, Братство»

Вот что 27 февраля 1771 г. королева Мария Антуанетта написала своей сестре Марии Христине:  «Мне кажется, вы придаете слишком много значения масонству во Франции; оно далеко не играло у нас такой роли, как в других странах, благодаря тому, что здесь все к нему принадлежат, и таким образом нам известно все, что там происходит. В чем же вы видите опасность? Я понимаю, что можно было бы опасаться распространения масонства, если бы это было тайным политическим сообществом, а ведь это общество существует только для благотворительности и для развлечений (курсив мой. – К. С.); там много едят, пьют, рассуждают, поют, а король говорит, что люди, которые пьют и поют, не могут быть заговорщиками. Также нельзя масонство называть обществом убежденных безбожников, ибо я слышала, там постоянно говорят о Боге, кроме того, там раздают много милостыни, воспитывают детей бедных или умерших членов братства, выдают их дочерей замуж – во всем этом я, право, не вижу ничего дурного. /…/ Правда, мне кажется, что можно бы было делать добро без всяких таких церемоний, но ведь главное – это бы делать добро, а остальное не безразлично ли нам?»

Через девять лет, 17 августа 1790 года, Мария Антуанетта пишет своему брату, императору Леопольду II:

«Прощайте, дорогой брат, верьте нежности вашей несчастной сестры. Главное, остерегайтесь всякого масонского сообщества. Этим путем все здешние чудовища стремятся во всех странах к достижению одной и той же цели».

И два года спустя, 21 сентября 1792 года, «общество, существующее лишь для развлечения и благотворительности», казнило королеву. Притом убийство прикрывалось высокогуманными и филантропическими принципами – теми самыми, во имя которых масонство подготовило, организовало и осуществило «Великую Французскую»!

Вся идейная подготовка революции, как известно, дело рук Просветителей – ученых с мировыми именами, философов, людей искусства, которых вобрали (да и поныне вбирают) масонские ложи.

Краеугольный девиз 1789 года «Свобода, Равенство, Братство» – эта почерпнутая у ордена кордельеров масонская триада – был начертан на знаменах революции.

«Свобода» тут стоит на первом месте – и это не случайно. Революция 1789 года воспринималась ее участниками именно как борьба за торжество свободы. Известны слова Робеспьера: «Революция – это война свободы против ее врагов». Другая часть троичного слогана говорит о равенстве всех перед законом, наконец, третья – о братстве людей, независимо от сословий. Но при этом – вспомним! – в дни Террора шел кровавый град: с гильотины скатывались тысячи голов, отрубленных во имя все тех же «Свободы, Равенства и Братства»!

С 1848 года троичный девиз «Свобода, Равенство, Братство» официально прописался во Французской конституции. Революционная триада была начертана на трехцветном знамени уже на второй день после провозглашения Второй республики.

С тех пор части этой самой триады растаскивают себе на потребу все кому не лень. Либерализм и анархизм прибрали к рукам «свободу». Фашизм и социализм забрали «равенство», а что касается «братства» – нелишне вспомнить, что Каин убил Авеля.

 

«Слушайте, товарищи масоны!..»

– Не могли бы вы помочь отыскать в Париже Александра Зиновьева? – обратился ко мне Владимир Емельянович Максимов. – Он приехал, чтобы прочесть лекцию масонам в ложе «Новотель», а остановится в гостинице «Великий Восток»… И вот как будто сгинул!

Я кидаюсь к телефонному справочнику. Гостиницы «Великий Восток» нет как нет. Зато имеется марокканская кускусная с подобным названием. Что до ложи «Новотель»… Все понятно! Александр Александрович перепутал! Это «Новотель» гостиница, а «Великий Восток», конечно же, масонская ложа. Короче, недоразумение благополучно выяснилось – и в назначенный для выступления день я направляюсь в ложу «Великого Востока», что на ул. Кадэ, в 9-м округе столицы. Моя задача – перевод выступления автора «Зияющих высот» перед масонами.

Под пристальными взглядами стерегущих вход я вхожу в здание из стекла и бетона, напоминающего чем-то советский дом культуры. Прохожу в кон-ференц-зал, где Александр Александрович вещает перед почтеннейшей аудиторией:

Слушайте, товарищи масоны! Вы вот стремитесь в Россию, а ничего у вас там не выйдет, предрекаю! Нечего вам туда соваться! Там такой, извиняюсь, бардак, что никаким масонам с ним не справиться!

(Все происходит, напомню, в разгар 80-х, когда в постсоветской России была задействована горбачевская триада ГПУ «Гласность, Перестройка, Ускорение».)

Масоны слушают скептический спич внимательно, хотя и с известным неудовольствием. Я же с интересом разглядываю этих людей и этот зал; там, мне кажется, по углам все еще маячат тени российских масонов, сыгравших во Франции в период между двух войн особую роль…

«Железная женщина» – русская журналистка Нина Берберова в своей, весьма поверхностной, книге «Люди и ложи», посвященной русскому масонству ХХ века, рассказывает такой анекдот: «После позднего сидения в парижском кафе, когда все уже расходились по домам, предложили собраться пообедать в четверг в ресторане. Бунин сказал: «Обедать? С Алдановым? В четверг? Но ведь он никогда не может в четверг. По четвергам он лежит в гробу, на rue Cadet, и вокруг него происходит какой-то таинственный обряд, вы же знаете! Давайте лучше в пятницу!»

Если говорить серьезно, Францию 20–30-х можно назвать «золотым веком» русского эмигрантского масонства. Причиной был мощный приток представителей российской элиты, бежавших во Францию от Октябрьского переворота. Многие из этих лучших людей России входили в различные тайные общества и оккультные кружки.

Среди видных русских масонов широко известны такие знаковые фигуры, как Л. Д. Кандауров, С. П. Мельгунов, В. Набоков, С. Гучков, К. Н. Львов, М. В. Родзянко, Н. В. Некрасов, М. И. Терещенко, А. Ф. Керенский, М. М. Ковалевский, Вас. Ив. Немирович-Данченко, А. В. Амфитеатров, П. Н. Яблочков и пр. Многие из них в межвоенную эпоху примкнули к ложе «Великого Востока».

Российская «масонская весна» продолжалась вплоть до начала Второй мировой войны, когда ложи были попросту уничтожены оккупантами, деятельность масонов запрещена, а многие «братья» сгинули в концентрационных лагерях. Подобная участь постигла в одинаковой мере русские и французские ложи. Их архивы и имущество конфисковывались фашистами. И в Национальной французской библиотеке фолианты, протоколы, секретные документы лож были в годы лихолетья кем-то «растворены, как сахар в чае» – скрыты от нацистских мародеров за фальшивыми карточками и с помощью поддельных заглавий, да так надежно, что и десятилетия спустя ничего почти невозможно отыскать.

В послевоенные годы русские масоны смогли вновь учредить во Франции несколько лож, но эти ложи были не столь многочисленны. Старые масоны умерли, а «второй волне» было не до тайных обществ. При этом под влиянием советской пропаганды часть масонов активно участвовала в кампании по возвращению в СССР. Во имя ложно понятого «патриотизма» эти люди получали советские паспорта и возвращались… в лагеря. Такова участь, в частности, И. А. Кривошеина – Великого командора Русского особого совета (33 градуса).

Шли годы. И в 1992 году, в перестроечную эпоху, в Париже была учреждена ложа «А. С. Пушкин» № 1101, вошедшая в состав Великой ложи Франции. Миссия новой ложи – возрождение русского масонства за рубежом, но уже на новом этапе.

А теперь обратимся к извечно актуальной теме: кто же нами правит по-настоящему?

Дело в том, что людям попросту удобно верить в некий «всемирный заговор», который-де систематически расшатывает существующие устои и их, естественно, повседневное существование. Раньше все сваливали на иезуитов, затем на международный сионизм, «Опус Деи», масонов, иллюминатов… Причем, что греха таить, картезианская Франция – со всей своей внешней рациональностью и кажущейся рассудочностью – зачастую в этом плане впереди планеты всей!

 

Leave a Reply