Мэтр Ален и все остальные

В Париже, в сердце древнего квартала Марэ, на доме № 8 по узкой улочке Сен-Клод близ площади Вогезов, на вывеске кованого железа узорно выведено: «Мэтр Ален, цирюльник». Там холит, бреет и лелеет бороды, усы, тупеи мастер бритвы, ножниц и расчески, что хранит все обычаи, секреты и заветы древнейшей на земле профессии.

Да-да, древнейшей! Поскольку еще в каменном веке праотец наш, Адам-неандерталец, подрезал волосы кремневым ножом, обжигал бороду над пламенем очага. Пользовались услугами парикмахера древние вавилоняне с ассирийцами, носившие курчавые накладные бороды из бараньих шкур. В Древнем Египте (с V в. до Р.Х.), соответственно, древние египтяне красили волосы, укладывали, накручивали их на бигуди, изготовляли парики в виде множества косичек, пропитанных благовониями. А в Древней Греции существовали настоящие салоны красоты, где брили, стригли, завивали волосы с помощью особых щипцов (каламисов) рабыни-каламистры, парикмахерши то бишь.

В Древнем Риме рабы-«косметы» умащивали тела клиентов притираниями, накладывали на лица косметику. Другие, звавшиеся «тонсорессами», подстригали бороды особыми серповидными бритвами из бронзы. После чего рабыни-«кипасас» (как бы сейчас сказали, «визажистки») завершали фасонную укладку и стрижку, посыпая бороду и прическу античного денди золотой и лазоревой пылью.

В ранней средневековой Европе парикмахеры были, в основном, бродячими. Они ходили по улицам и базарам, выкликивая:

Бреем, стрижем
бобриком-ежом,
лечим паршивых,
из лысых делаем плешивых,
кудри завиваем,
гофре направляем,
локоны начесываем,
на пробор причесываем!
Парик промоем,
кровь откроем,
мозоль подрежем,
косу срежем,
мушки клеим,
стрижем да бреем.
Банки, пиявки,
набор грудной степной травки!

На шее у «передвижника» непременно прикреплялся деревянный стул, на который прямо на улице сажали клиентов. Кроме стула неизменной принадлежностью цирюльников был особый ящик. В нем находились ланцеты, ножницы нескольких видов, широкие бритвы, сосуд для хранения живых пиявок, загадочные микстуры и тинктуры в темно-синих флаконах и непременно –

чудодейственная «помада собственного изготовления, рекомендуемая для ращения волос»…

В XI веке в Европе появились первые «оседлые» цирюльники и брадобреи. В 1396 году они объединились в могущественную гильдию, которой покровительствовал сам король. Были у профессии свои святые, Козима с Дамианом. А цеховым гербом стал медный тазик для взбивания мыльной пены. Именно такой тазик гордо красуется в доме № 8 по улице Сен-Клод над «залом для стрижки и бритья» парижского цирюльника мэтра Алена. И еще целая коллекция таких мисочек разместилось в его салоне – подлинном музее парикмахерского искусства!

Там чего только нет! На стенах фаянсовые так называемые «говорящие» тарелки, разрисованные картинками и куплетами, воспевающими патентованную помаду для укладки. Здесь же – почетные дипломы (в волосяных рамках!), гравюры и афиши, альбомы с образцами причесок былых времен. А по обе стороны фасеточных венецианских зеркал – раритет на раритете! Античные щипцы для завивки и распрямления шевелюры, золоченые толедские ножницы, всяческие щипчики, щетки, расчески, стальные бритвы и ланцеты для «открывания кровей»… В центре экспозиции гордость заведения – машинка для стрижки волос с инициалами самого Джонни Холлидея на ручке слоновой кости. Ее суперрок-стар подарил лично Мастеру Алену в награду за безукоризненный тупей, который тот «на счастье» устраивает на голове знаменитости перед каждым концертом!

…Вот вас усадили в удобнейшее кресло 50-х годов – и сеанс начался. Мэтр Ален начинает колдовать над вашей бородой. При этом он, как положено брадобрею, непрестанно сыплет каламбурами и рассказывает «бородатые» анекдоты.

Таинства пострижения

Известно, борода – дело тонкое. Есть бороды шкиперские, есть окладистые, есть клинышком, есть короткие и длинные, лопатой и козлиные – словом, сколько голов, столько бород! При этом в бороде главное не форма, а уход.

У пострижения, как у посвящения, несколько этапов:

этап 1 – расчесывание. Костяной затейливой расческой брадобрей бережно проводит по бороде, заботливо подложив под нее ладонь левой руки.

этап 2 – собственно стрижка. Осторожно, буквально по одному срезает брадобрей волосы с боков, непременно держа ножницы концами вверх.

этап 3 – один из самых ответственных! Конус бороды, который надо свести строго по самому центру… Не дай Господь, чтобы он пошел вкось!

этап 4 – тушевка бороды, шлифовка «волшебным» квасцовым камнем блеска и лоска ради.

Готово! Теперь наступает черед усов.

«Поцелуй без усов, что суп без соли», – говорили встарь французы. У усов фасонов также великое множество.

Есть фасон Es ist erreicht, который ввел в моду сам император Вильгельм II.

Есть усы «шевалье» – две узкие завитые ниточки на верхней губе, которые ввел в обиход Кларк Гейбл.

Английские небольшие короткие усики над верхней губой. Мода на них распространилась в 30-е годы благодаря Чарли Чаплину.

Усы щеткой получили название «джузи», возможно, оттого, что их носили Джузеппе Гарибальди и Джузеппе Верди – и «незабываемый» товарищ Джугашвили.

Ну а усы а la Дали, закрученные, презирающие закон всемирного тяготения, никто воспроизвести не может – как и весь стиль жизни великого эксцентрика!

Вот и все! Освеженный подлинным «кельнским» одеколоном (простите за тавтологию), выходите на светлую старинную улочку Cен-Клод с кожей свежей, как поцелуй ребенка. И даже ежели вы дама (не бородатая и не усатая), все равно не стесняйтесь, заходите просто так, чтобы полюбоваться на все эти уходящие в прошлое чудеса, главное из которых, конечно же, современный Фигаро, прославленный мэтр Ален!

«Все хорошо, прекрасная маркиза!»

А теперь – вперед, то есть назад, в прошлые века, где не жили без хорошо напудренного парика.

Мода на седину и пудреные парики памятна решительно всем. Ее первым ввел прусский король Фридрих I, которому стала подражать вся Западная Европа. На картинах Фрагонара и Ватто мы любуемся пастушками в фижмах и их кавалерами в расшитых кафтанах из шелка нежнейших оттенков и пудреных париках. Так повелось со времен пятнадцатого по счету Людовика, чей двор олицетворял эпоху рококо. С 1725 года там в моде была маленькая головка, посыпанная белой пудрой, так называемая «малая пудренка». Она была почти одинаковой для мужчин и женщин. Только у придворных щеголей были белые букли и короткая косица, завязанная черной атласной лентой либо упрятанная в черный футляр. А у дам – поднятые вверх локоны, сколотые на затылке и украшенные лентами и нитками жемчуга. Все это делало их похожими на заводные фарфоровые фигурки «без возраста» с набеленными лицами, нарумяненными щеками, с почти кукольной пластикой.

Но рафинированное изящество галантной эпохи царило недолго. Примерно с 1730 года женские прически принимают яйцевидную форму – а затем из «яиц» начинает вылупляться и безудержно тянуться вверх нечто невообразимое. На карикатурах того времени можно видеть, как «куафер» сооружает на голове маркизы немыслимую, похожую на Вавилонскую башню волосяную «инсталляцию».

На ее возведение уходило по многу часов. Поначалу на макушку надевали деревянную болванку, на которой крепили сам парик. Это могло быть что угодно: парик-крепость, парик-корзина с фруктами, клетка с птицами, цветочная клумба, даже настоящий корабль со снастями и парусами. При этом на голову, конечно, сыпали тонны пудры, из-за которой невыносимо зудела голова. Представим же себе эту процедуру во всех ее умопомрачительных (в буквальном смысле слова) деталях.

«Процесс запудривания мозгов»

Изготовляли пудру из тончайшего крахмала. Причем особым королевским указом в Великобритании, например, запрещалось в этих целях применять муку – дабы не оставить без хлеба население из-за прихотей моды.

Не носили парики лишь самые бедные сословия. А у тех, кто их носил, имелся хотя бы один слуга, который ведал запасами пудры и особого прибора – пудромета. Пудрометом действовали по принципу кузнечных мехов. А чтобы не запорошило глаза, дамы и кавалеры надевали на лица конусообразные маски. На плечи надевалась накидка – пудромантель, который вскоре вошел в светский обиход: в пудромантелях модницы в будуарах принимали кавалеров. (Отдаленный потомок пудромантеля – парикмахерская накидка.)

Прическу старались сохранять на много дней, поэтому голову расчесывали и мыли крайне редко, зато постоянно смазывали волосы бараньим салом. Хроники сообщают, что французская королева Мария-Антуанетта почти никогда не мыла голову, а входя в дверя должна была чуть ли не становиться на четвереньки. Спало Ее Королевское Величество в чепце из белой тафты, чтобы сохранить «куафюру».

Как тут не порадоваться нашим прическам, отнимающим каких-нибудь 15 минут – не более!

«Серебряный шарм»

Новое – хорошо забытое старое, гласит пословица. Еще недавно считалось, что седина – признак постарения. А в наши дни седина вновь входит в моду. Подобно «дамам былых времен», не только бизнес- , но и просто светские леди, звезды эстрады и манекенщицы, похоже, все более ценят нежную прелесть седых локонов. Эти дерзкие модницы не только не скрывают, но гордо демонстрируют пышную белоснежную кипень, коль скоро она у них имеется. Самое забавное, что такая тенденция набирает обороты и среди сильного пола. Так, некоторые продвинутые «бобо» (на французском сленге «богемные буржуа») даже специально наводят на волосы «серебряный шарм».

Что это означает? Возврат к эстетике пудреных париков? Причуды гламура? Или же просто мода на молодость устаревает – и в современном обществе центр социальной тяжести медленно, но верно смещается в сторону от общего устойчивого тренда «молодость прежде всего»!

Leave a Reply