Воспоминание о прошлом, или узы, которые трудно разорвать

Прошло много лет с того момента, как распался Советский Союз. Мы живем в другом мире, бывшие республики стали независимыми государствами. Но очень трудно переделать, перекроить свое сознание. До сих пор всех русскоговорящих воспринимаешь как соотечественников. И на отношения между людьми мало влияют отношения между государствами. Я не могу запретить себе дружить с грузинами или украинцами, с узбеками или прибалтами, даже когда отношения между Россией и бывшими республиками портятся. Еще более странное ощущение, когда приезжаешь в эти страны. Нет языкового барьера, знакомые до боли места, любимая кухня, дружелюбное отношение – и в то же время все сильно изменилось. Недавно мне довелось оказаться в Грузии, всего на три дня, после тридцатипятилетнего перерыва. Тбилиси так изменился, что у меня было ощущение, что я там впервые.

Первое, что мне захотелось сделать, когда я приехала в Тбилиси, это побродить по старому Тбилиси, который находится у подножия горы Мтацминда и застроен 2-3-этажными каменными и кирпичными домами характерной «тбилисской» архитектуры – с галереями и резными деревянными балконами, нависающими над узкими улочками. Практически все здания здесь представляют собой исторические или культурные памятники, именно они и сформировали образ знаменитого «грузинского дворика». Аромат и очарование старого города – это как ностальгия по прошлой жизни и по молодости. Поднимаясь по улочкам, я натыкалась на полуразрушенные дома, потом шли отремонтированные и оживленные районы, где-то шла уличная торговля травами, сырами, или я попадала в пустынный район, где забор огораживал недостроенный и заброшенный дом. Эмоциональные и разговорчивые тбилисцы охотно расспрашивали меня, как давно я была в Тбилиси, и, узнав, сколько лет прошло с моего последнего визита, интересовались, как я нахожу их город. Я давно заметила такую особенность: если у тебя есть друзья в каком-то городе и они тебе его показывают, то ты и видишь этот город их глазами. И тогда город не может не понравиться.

Вволю нагулявшись по старому Тбилиси, мы поехали в культовое для любого грузина место – в 20 км севернее Тбилиси лежит древняя столица Грузии Мцхета со своим знаменитым, одним из главных соборов грузинской православной церкви – кафедральным собором Светицховели («Животворящий cтолп»). Мои друзья по дороге в Мцхету рассказали мне историю собора, но когда мы туда приехали, к нам подошла пожилая женщина и предложила рассказать нам об истории этих мест. Ее экскурсия была потрясающей, она рассказывала с таким воодушевлением, что даже тбилисцы не отрываясь слушали ее. Собор, построенный в 1010-1029 гг., был восстановлен в XV в. на месте первой христианской церкви в Грузии (IV в.), которая, в свою очередь, возводилась над могилой cв. Сидонии, захороненной завернутой в плащ Иисуса Христа. Недалеко от собора находится действующий женский монастырь Самтавро (XI в.), в котором похоронены царь Мириан – креститель Грузии, его жена Нана и один из самых почитаемых грузинских святых – старец Гавриил.

Переехав через ущелье, мы поднялись к монастырю Джвари, или Джварис-сакдари (Храм креста), построенный в 585-604 гг. По преданиям, Джвари был построен над деревянным крестом, поставленным на горе у слияния рек Куры и Арагви cв. Ниной – одной из самых почитаемых здесь святых. Монастырь Джвари, описанный в поэме Лермонтова «Мцыри», называют монастырем Мцыри. Если на секунду забыть, какой сейчас век, и не обращать внимания на туристов и священнослужителей, продающих свечи, то появляется ощущение, что ничего не изменилось: угрюмый монастырь и зарешеченные окна и вид на две реки, которые соединяются и продолжают свое мирное течение.

Целью моей поездки было присутствие на торжестве по поводу закладки звезды актрисы Лианы Асатиани у кинотеатра на улице Руставели. Она была одной из самых любимых грузинских актрис. 80-летняя актриса была окружена своими коллегами, друзьями и многочисленными родственниками. Из Америки прилетел ее сын – Лексо Торадзе, известный пианист, из Лондона –
ее дочь Нино Торадзе, (дети Лианы и грузинского композитора Давида Торадзе). Весь вечер, посвященный ей, был пропитан колоссальной любовью. Были торжественные речи ее коллег и просмотр отрывков из ее фильмов. Кто из нас в молодости не смотрел грузинских фильмов и не восхищался ими? Национальная эстетика и колорит, чувство юмора и гордости, переплетаясь, создавали то неповторимое, что делало эти фильмы уникальными.

Вся поездка в Тбилиси – это бесконечная череда осмотра прекрасных по красоте храмов и соборов и бесчисленных застолий. Только завершилось празднование закладки звезды Лианы Асатиани, мы отправились в дом Софико Чиаурели, где ее сын-художник и ее родственники по сложившейся традиции отмечали ее день рождения. Они собираются в доме на горе, который построил ее отец. Здесь и прожила Софико Чиаурели до последних дней своей жизни. Этот дом она превратила в дом-музей своего отца Михаила Чиаурели, народного артиста СССР, и своей матери – Верико Анджапаридзе, великой грузинской актрисы.

Вместе с мужем – актером и режиссером, спортивным комментатором Котэ Махарадзе Софико организовала в доме Театр одного актера имени Верико Анджапаридзе. Двоюродный брат Софико Чиаурели, режиссер Георгий Данелия, в своей книге «Безбилетный пассажир» писал о сестре: «Софико Чиаурели – актриса такого широкого диапазона, с такой богатой палитрой, что я понял – в доме Верико была не одна Большая актриса, а две». Она великолепно сыграла одну из ролей в его знаменитом фильме «Не горюй!». Все в доме сохранено с удивительной бережностью. Да и разговоры за столами были о Софико и Котэ, что создавало ощущение, что они где-то в доме и сейчас присоединятся к праздничному застолью или она выйдет на небольшую домашнюю сцену и что-нибудь исполнит. Но долго засиживаться было нельзя, так как в этот день обязательно надо было побывать еще на одном праздновании.

В этот день отмечали 100 лет со дня рождения Нино Рамишвили. Это легендарное имя для Грузии. Нино и ее муж Илико Сухишвили создали в 1948 году ансамбль Национального грузинского балета Сухишвили – Рамишвили. Сегодня этим ансамблем руководит третье поколение семьи – внуки Нино и Илья продолжили дело всей жизни своих дедушки и бабушки и своего отца Тенгиза. Полтора часа стройные и гордые красавцы завораживали танцем зрителей. Мой доброжелательный сосед объяснял мне, какому народу принадлежит новый танец. Там были и грузинские, и абхазские, и мегрельские, и осетинские, и еще много-много разных удивительных по красоте танцев. И совсем не удивительно, что национальные грузинские танцы называют балетом.

И каждое празднование завершалось грузинским застольем с невероятно вкусной едой, песнями, бесконечными тостами. На столе выставлялось все, что только может представить ваше воображение: сациви, чахохбили, баклажаны с орехами, цыпленок-табака, шашлыки. Только в Грузии есть вкуснейшие домашние сыры – разной степени солености, имеющие своеобразный запах и вкус. Разнообразные соленья – цицака, огурцы, красная капуста, джонджоли… И домашнее вино. Каждый хозяин будет долго и подробно рассказывать о процессе изготовления своего вина и гордо демонстрировать и поить оставшимися с прошлого года запасами.

Для пополнения запасов специй, так необходимых для приготовления любого грузинского блюда, тбилисцы отправляются на базары, где можно приобрести тхлапи, ткемали (красный, желтый, зеленый), лобио (фасоль), гозинахи. В воздухе витает густой аромат смеси киндзы, ниахури, тархуна, шафрана, кислый запах мацони и брынзы. На прилавках горы самых разнообразных фруктов, овощей, зелени, приправ и пряностей… Малина, клубника, лесные орешки, запахи сирени и роз, длинные ряды гуды и сулгуни, кукурузной муки для гоми, розовых поросят и коричневых чурчхел….

Это короткое путешествие было маленьким праздником в бесконечной череде трудовых будней, праздником дружбы, человеческого тепла и чувства, что, сколько бы нам ни говорили, что мы больше не одна семья, эти узы не может разорвать ни один политик.

Leave a Reply