Валдис Пельш – на земле, в воздухе и под водой

 

Рижанин Валдис Пельш окончил специальную школу с преподаванием ряда предметов на французском языке и поступил в Московский университет на философский факультет. Через две недели после начала учебы Валдис пришел в Студенческий театр МГУ и встретил там Алексея Кортнева. Через два месяца они создали музыкальную группу, которую назвали «Несчастный случай». Группа приобрела огромную популярность.

После университета Валдис год проработал младшим научным сотрудником в Институте истории, естествознания и техники Академии наук. Его жизнь изменилась, когда он стал работать на телевидении. После нескольких программ Влад Листьев предложил ему роль ведущего в программе «Угадай мелодию». С тех пор Валдис Пельш и стал постоянным ведущим. Одновременно с успехом на телевидении на Валдиса и его коллег по группе «Несчастный случай» обрушилась музыкальная слава. В 2002 году он вел на канале ОРТ программу «Русская рулетка». Имидж ведущего сильно изменился. Из развеселого паренька он превратился в мрачного типа, который терпеть не может отдавать деньги. А программа «Розыгрыш» произвела эффект разорвавшейся бомбы. Такого на российском телевидении со звездами не делал никто. Валдис вновь стал лучшим из лучших.

Пельш снимался в нескольких фильмах: в мюзикле «На бойком месте», в боевике «Брат-2», в детективе «Турецкий гамбит». Пельш – парашютист категории «С» Международной федерации парашютного спорта (занимается воздушной акробатикой). Дайв-мастер NAUI (технический дайвинг – погружение на глубины более 50 метров, при котором аварийное всплытие становится невозможным из-за угрозы декомпрессии). Пельш женат вторым браком. Его жена Светлана – модельер, автор костюмов для звезд эстрады. У него две дочери – Эйжена (от первого брака), Илва и сын, который родился в апреле этого года.

Последнее время Валдис редко появляется на экранах.

«Я сейчас идеальный интервьюируемый для живущих в других странах: вот уже три года не выходит ни одна моя цикловая программа, и многие меня помнят лишь по тем годам, когда жили еще в России».

 

Программа «Угадай мелодию» попала в Книгу рекордов Гиннесса.

Да, в 1996 году мы сделали программу «Угадай мелодию», которая собрала 132-миллионную аудиторию. Хотя на самом деле рекорд был в другом: за 40 дней мы сняли 143 программы. Вот это действительно вещь неподъемная!

Рейтинги ведь субъетивная штука — сегодня они есть, а завтра нет. Или вам просто повезло — была плохая погода, и все остались дома у телевизоров. А вот не сойти с ума, находясь 40 дней в павильоне и снимая по 4 программы в день…

При этом все время переодеваясь, создавая другой образ…

Да, это было довольно сложно. Тем более что часть костюмов была из стопроцентной синтетики, которая вообще не дышала, и после каждой программы две девушки меня раздевали – сам я переодеться просто не мог, настолько одежда прилипала к телу. Одна девушка стояла на табуретке и стягивала верхнюю часть одежды, другая – нижнюю.

Программа была безумно популярной, но тем не менее прошло 11 лет — и ее закрыли.

Программу закрыл канал, а не я. Более того, канал, на мой взгляд, не предпринимал особых усилий, чтобы ее сохранить. Программа ведь шла в течение 11 лет по 4 раза в неделю. В этом случае запас прочности тает гораздо быстрее, чем у еженедельной программы. Но мы держались. А потом, вместо того чтобы перевести нас в еженедельный формат, создать некий вакуум недодавания, урезав четырехразовый недельный паек до одноразового, а призовой фонд, наоборот, увеличить (зрители ведь любят выигрывать деньги!), канал передвинул нас по сетке вещания на дневное время. Что, по сути, равносильно тихой смерти программы — это ведь игра, а не ток-шоу для домохозяек. Программу, которая просуществовала 11 лет, надо беречь. Однако канал принял решение, а я решения канала не обсуждаю.

Почему, на ваш взгляд, программа «Угадай мелодию» пользовалась такой известностью? Что завораживало зрителей?

Чтобы программа получилась, должны сойтись множество позиций: формат, персоналия ведущего, декорации. Очень важен также процесс адаптации лицензионной программы – она ведь рассчитана на менталитет страны, где была создана, и просто перенести ее в другую страну невозможно. Программа «Угадай мелодию» — одна из старейших телевизионных игр в мире, ее придумали в США в 1954 году. В Америке нельзя просто назвать строчку из песни – нужно точно знать ее название, и никаких поблажек там не дается. Мы же, когда придумывали имидж ведущего для российской версии игры, решили, что он должен быть добрым по отношению к зрителям. Из двух кошельков – программы и игрока – он всегда выбирает кошелек игрока. Более того, у американцев, если игрок верно называет строку из песни, звучит джингл «правильно» или «неправильно». У нас, даже если игрок ошибся, джингл «неправильно» не звучит, пока я не скажу «да» или «нет». Я мог попытаться вытянуть игрока, даже откровенно подсказать ему – это было мое право.

Если все составляющие программы совпадают — интересные правила, декорации, новая эстетика, музыкальный контент, – возникает некая магия, которая работает на публику, и публика отвечает ей любовью. И на следующий день после нашей программы зрители (которые часто угадывают раньше игроков) делились впечатлениями: «Смотрела вчера «Угадай мелодию»? Я все мелодии угадала — вот мне бы в программу!»

Каково было купаться в лучах славы? У вас ведь была абсолютно феноменальная слава, все говорили о добром, интеллигентном мальчике, любимце публики…

Абсолютно нормально. Знаете, это ведь были 1995-1997 годы. Тогда еще не существовал институт гламура, глянца, охоты за звездами. Да, не было человека в стране, который бы меня не знал; да, я пользовался всеми бенефитами, которые дарует слава, но тогда не было той машины, которая подхватывает новое лицо и водружает его на пьедестал в сознании людей как полубога, который смотрит на вас со всех обложек. Естественно, я снялся на обложках всех журналов, которые тогда существовали. У меня было два пунктика: «Огонек», который я помнил с детства как журнал номер 1, и журнал «Итоги». И я там появился, забил все голы. (Смеется.)

Было еще желание повести немного программу «Время» — и я ее повел. Это была история с «Розыгрышем», когда мы с Татьяной Арно прямо в студии в эфирное время программы «Время» анонсировали свою программу. Но вот тот «звездничок», который люди ловят, — это веление самого человека. Вы просто выбираете, что вам больше нравится: общаться с людьми с пристройки сверху или на равных. Я выбрал пристройку на равных — не люблю общаться с человеком, считая, что он ниже меня на голову, мне это неинтересно. Однажды был казус на программе «Угадай мелодию»: играл водитель-дальнобойщик, а я неудачно пошутил, прошелся по поводу того, как это у дальнобойщика нет хорошей музыки в машине. Игра была моментально остановлена, и режиссер по каналу связи, который слышали только мы двое, сказала: «А что ты творишь? Ты что, крутой, что ли? За счет кого самоутверждаешься? За счет человека, который по социальному статусу заведомо отличается от тебя в худшую сторону? Завязывай с этим, сынок, — вспомни, кто ты был!» Вот такое мгновенное приземление!

В звездной болезни есть только одна опасность (помимо, конечно, выпивки, наркотиков и рок-н-ролла) — это когда вы снимаете самоконтроль: «я звезда, и все, что я ни делаю, априори хорошо». С этого начинается гибель человека.

Надо понимать: нельзя оставаться сверхпопулярным вечно — время, когда звезда ярко горит, конечно. Неизбежно появляются новые суперзвезды.

Такой философский подход к жизни – это все-таки ваше образование?

Конечно. (Смеется.) К счастью, в нашей профессии — телеведущего — срок годности большой. К тому же я нашел себе два занятия, которые считаю не менее интересными, чем шоу-бизнес. Мне проще: я кандидат в мастера спорта по прыжкам с парашютом, дважды рекордсмен России, и ныряльщик на технические глубины со снятыми ограничениями по предельной глубине.

Оба этих вида спорта – адреналин, риск.

Я бы не сказал, что это риск. Это виды спорта, связанные с повышенной ответственностью — за действия, которые вы совершите в момент наступления особых случаев, и за скорость, с которой вы предпримете эти действия. В парашютном спорте, например, бывают ситуации, когда у вас есть ровно три секунды.

Почему именно этот вид спорта — это какая-то внутренняя потребность принятия решений в моменты риска?

Не понять не ждавшим им, как среди огня… (Смеется.) Вы не прыгаете и не ныряете – я не могу вам этого объяснить. Я честно откатался три дня на разных трассах, но понял: горные лыжи не мой вид спорта. Не могу переносить вес с ноги на ногу и при этом говорить себе, что получаю колоссальные ощущения. Скорость, которую развивает лыжник, – 60-70 километров в час.

Я совершенно спокойно, не напрягаясь, в воздухе развиваю 250 километров, а если встану на голову, буду падать головой вниз – будет 320. Больше мне не нужно. Дисциплина, которой я занимаюсь в воздухе, предполагает другое – это умение маневрировать в небе, собирать красивые фигуры.

Я читала, что вы даже пытаетесь в Книгу Гиннесса попасть – собрать 160 человек в небе.

Мы хотим установить самый крупный национальный рекорд в мире. Мировой рекорд – 400 человек в небе, но он поставлен сборной лучших парашютистов мира и не принадлежит никакой отдельной стране. По национальному рекорду – когда собираются парашютисты — граждане одной страны, сейчас пальму первенства держат немцы – 153 человека. А мы собираемся их побить, и очень сильно!

Многие из нас в молодости любили какой-то экстрим. Пока вы были молодым человеком, я могу это понять. Вот вы говорите об ответственности в спорте — но ведь вы теперь отец двоих детей, на вас налагается другая ответственность.

Неверно по сути! Мы рождаем детей для своего удовольствия, а не потому, что Владимир Владимирович Путин призвал решать демографическую проблему в стране. Мы получаем колоссальное удовольствие от своих детей, оттого, что они разные, наблюдаем, как они растут. Но вы это делаете для себя. Поэтому какая, к черту, ответственность перед детьми!

Ну а перед женой — ведь если с вами что-то случится, она останется с двумя детьми одна…

Мы не прыгаем или ныряем и при этом думаем, что с нами что-то случится. Мы идем в небо или на глубину когда знаем, что к этому готовы! И если ты сомневаешься перед прыжком или погружением, ты всегда должен задать себе вопрос: среагирую ли я правильно, если произойдет нечто незапланированное, и все ли я сделал, чтобы предусмотреть непредвиденное?

И небо, и подводный мир – это потрясающая красота. Для вас имеет значение, что вас окружает потрясающая красота, или важнее адреналин?

Конечно, имеет. Собственно, мы за этим и погружаемся, и прыгаем.

У вас были проблемы со здоровьем. Это теперь не мешает вам заниматься экстремальными видами спорта?

Я год не прыгал и почти полгода не нырял. Честно отвалялся в реанимации две недели с панкреонекрозом, затем какое-то время восстанавливался. Правда, через месяц после выхода из больницы летал на МИГ-29 с перегрузками.

Ну разве это нормально?

Нет, конечно, но если вам дают на МИГ-29 полетать, причем в качестве пилота, кто же откажется? (Смеется.)

А если ваши дети скажут, что хотят летать, нырять?

Моя старшая дочка ныряет с 11 лет, причем сделала некоторые вещи, которые мне до сих пор недоступны. Например, в свои 14 лет ныряла в Антарктиде и стала самым молодым дайвером в мире за всю историю погружений в этой части земного шара. Нырять – пожалуйста, прыгать самостоятельно с парашютом – нет!

Ваша дочь собирается на учебу Англию. Что она будет изучать?

Экспериментальную психологию в Оксфорде. Правда, я взял с дочери обещание, что она не будет манипулировать сознанием отца. (Смеется.)

Если вернуться к шоу-бизнесу, то полной противоположностью «Угадай мелодию» с милым добрым ведущим была программа «Розыгрыш», с которой связано много судов.

Был только один процесс с Марией Арбатовой, которую сдали собственные сыновья — они были нашими сообщниками. Если человек решил, что мы нанесли непоправимый ущерб его физическому и психическому здоровью (хотя, по нашему глубокому убеждению, такового не было, и мы скорее нанесли вред ее феминистским воззрениям), что ж, это его право. Арбатова подала в суд, выиграла процесс, получила компенсацию – все, мы чисты перед ней. Были и серьезные ошибки. Розыгрыш с Чулпан Хаматовой был отвратительным (Она и люди в кафе были задержаны для принудительных прививок. Выглядело это как взятие заложников. Это происходило через несколько недель после трагедии в Беслане. — Прим. редакции) и люди, которые его допустили, были серьезно наказаны. Я к этому не имел никакого отношения — мы ведь не знаем, кого будут разыгрывать, во избежание утечки информации. Это была безусловная ошибка программы, и как ее проморгали на всех уровнях, я не знаю, но я лично перед Чулпан извинился.

Новая программа, которая вскоре выйдет, — это секрет?

Мы пока не уверены, выйдет ли она, но делаем все, чтобы это произошло. Это новая игрушка, есть мировые аналоги программы, хотя сначала я ее придумал, а потом на основании своей задумки попросил подобрать уже существующие аналогичные программы. Мне кажется, то, что будет происходить в нашей программе, вызовет интерес у зрителей — и декларация, что время телевизионных игр прошло, неправильна.

Leave a Reply