Две талантливые дамы в «Ковент-Гарден»

Леди Моника Мэсон, директор Королевского балетаи Элен Педмор, директор Королевской оперы

Королевский оперный театр «Ковент-Гарден» так же почитается зрителями и музыкальными профессионалами в Англии, как Большой театр в России. Этот театр был открыт в 1732 году (на 44 года раньше Большого!). Здесь бережно сохраняется собственное и мировое наследие, при этом постоянно появляются новые интересные постановки. Два директора, две женщины возглавляют этот выдающийся театр. От их решения зависит, какие постановки зрители увидят в течение ближайших лет, кто из исполнителей будет приглашен и, как показатель успеха, сколько зрителей придет в «Ковент-Гарден». Это две сильные и творческие дамы – Моника Мэсон, директор Королевского балета, и Элен Педмор, директор Королевской оперы.

«Ковент-Гарден» был основан в 1732 году видным английским театральным деятелем и актером Дж. Ричем. Поначалу это был драматический театр (на его открытии была дана пьеса У. Конгрива «Светские обычаи»). Первой оперой, поставленной на его сцене, был «Верный пастух» Генделя (1734). Театр получил монополию от королевского двора на постановки драматических произведений, которой пользовался до ее ликвидации в 1843 году. В 1847 году «Ковент-Гарден» стал исключительно оперным театром. Спектакли в ныне существующем здании были открыты в 1858 году оперой Мейербера «Гугеноты». Последняя серьезная реконструкция завершилась в декабре 1999 года. Ее цена –

214 млн. фунтов. В 90-х годах XIX века в театре вводится в практику обычай исполнения опер на языке оригинала – в 1892 году Густав Малер поставил здесь «Кольцо нибелунга» Рихарда Вагнера по-немецки. До этого все оперы исполнялись на итальянском языке. В «Ковент-Гарден» по-настоящему интересный балет. С 1946 года на сцене «Ковент-Гарден» выступает балетная труппа «Сэдлерс-Уэллс балле», которая с 1957 года носит название «Королевский балет». С 1963 года балетной труппой руководил балетмейстер Фредерик Аштон. Репертуар включает в себя все знаменитые классические балеты, а также работы Аштона, Кеннета Макмиллана, Джорджа Баланчина, Уильяма Форсайта и других.

 

Леди Моника Мэсон, директор Королевского балета

Моника, вы сделали потрясающую карьеру: из балерины кордебалета, солистки вы стали директором Королевского балета в «Ковент-Гарден». Какие личные качества помогли сделать такую карьеру?

Около 50 лет я работаю в Королевском оперном театре и считаю, что мне очень повезло в жизни. Это никогда не было похоже на работу! Я приехала в Англию с мамой из Южной Африки, и в моей жизни никогда не было уверенности в будущем. Мне везло – я оказывалась в нужное время в нужном месте. Некоторые вещи просто складывались сами собой, как по волшебству. Конечно, как любой танцор, я много работала. Я трудоголик – люблю испытания, которые мне подбрасывает карьера. В жизни танцора много взлетов и падений – сегодня вы танцуете прекрасную партию, а завтра из-за травмы придется на месяцы забыть о сцене. Это единственная труппа, в которой я танцевала, которую я хорошо знаю и понимаю, как она работает. Мне нравится работать директором труппы. Эта работа – подарок в конце моей карьеры.

Вы танцевали с Макмилланом – расскажите об этом.

Мы встретились в начале моей карьеры. Мне было 16 или 17 лет, он был лет на 12 старше и воспринимался скорее как друг. Но друг с огромным талантом, которого очень уважали директора труппы. Мы проработали 20 лет, и когда мне было около 40 лет, Макмиллан предложил стать его ассистенткой, на что я не раздумывая согласилась. Было сложно – теперь мне нужно было заботиться о людях в танцевальной студии, давать им задания. Это было в новинку. Когда ты танцуешь, то думаешь только о себе: репетируешь, изучаешь роль, обсуждаешь ее с друзьями. Теперь надо было иметь дело со сложными характерами, агрессией, конфликтами, мириться с темпераментами. Вдруг оказалось, что для того, чтобы просто работать каждый день, надо лучше понимать человеческое поведение. Я закончила курс и получила степень по психологии. Я поняла, что общение с другими – это всегда испытание, но люди прекрасны.

Как вы составляете программу на год?

У нас 12 программ для балета. Половина – полноценные балеты, а другая – то, что я называю «тройками» (три одноактных балета). Первая часть, как правило, классика XIX века – мне нужно думать о кассовых сборах. Люди всегда будут проявлять больше интереса, например, к «Лебединому озеру».

Еще мне нужно следить, чтобы одни и те же постановки часто не повторялись. «Тройки» – это всегда испытание. Я ставлю себя на место зрителя и спрашиваю себя: а купила бы я этот дорогой билет, чтобы посмотреть эту постановку? Еще одна составляющая репертуара – новые постановки, которые будоражат нашу труппу. Они дают шанс молодым танцорам получить главные роли, что невозможно в классическом репертуаре, потому что я возьму более опытного исполнителя.

В этом сезоне я с гордостью представляю два новых таланта – Джонатан Уоткинс и Лиам Скарлет. Они в труппе 5 лет, их таланты созрели, и пора представить их на суд публики. Приятно, что рядом с классическим репертуаром происходит что-то новое, радостно смотреть в будущее и на молодежь.

Ваша труппа международная. Много русских?

Половина – британцы, вторая половина состоит из танцоров 25 национальностей. Самые сильные – это русские, испанцы и японцы. Есть и австралийцы, и болгары, и корейцы. Увлекательная смесь! Когда английский Королевский балет открылся в 1931 году, в Британии не хватало местных талантов – искали по всем колониальным территориям: в Южной Африке, Родезии, Австралии, Канаде. Наш основатель Нинет де Валуа с огромным удовольствием приняла идею многонациональности. Когда колонии стали независимы, мы обратили внимание на Европу и Латинскую Америку, особенно на Аргентину и Бразилию, где есть прекрасные школы, основанные русскими танцорами. Я считаю, русский балет оказывает влияние на мировой балет по сей день. Сто лет назад Дягилев со своей маленькой группой танцоров остановил мир: он угостил публику экзотическим блюдом из дизайна Пикассо и Матисса, музыки Стравинского и Дебюсси. До своей смерти в 1929 году он создал потрясающее количество балетов, и многие из этих балетов занимают достойное место в репертуарах и по сей день.

Нинет де Валуа вдохновили балеты Дягилева на создание английского Королевского балета?

Абсолютно так! Она пыталась скопировать какие-то его работы. Она считала, что он удивительный человек. Нинет и сама отличалась потрясающей энергией – работала почти до конца дней, а умерла, когда ей было около 100 лет. Это она установила стандарты творчества, которые заставляют нас работать над составлением сильной программы, в которой есть место для инноваций.

Как вам удается работать с танцорами из разных школ?

Мы многим обязаны русской преподавательнице Суламифи Мессерер, которая происходила из династии танцоров Большого театра. Она мне сказала: есть два вида балета – хороший и плохой. Мы делаем хороший балет, а работать над этим могут танцоры разных школ.

Когда вы танцевали, кто был вашим кумиром?

Я была жадной и пыталась впитать все, что меня вдохновляло. Я восхищалась Марго Фонтейн – она была нашей прима-балериной, но я не могла себя с ней сопоставлять. Я была не лирическим танцором. Меня поразила Майя Плисецкая – я видела, как она танцует на открытой сцене в московском гала-концерте.

Каково было работать с Нуриевым?

Он был старше всего на 2-3 года. Когда он приехал в Лондон, мы почувствовали, что будто бы божество пожаловало к нам в театр. Он был красив как мужчина и потрясающе одарен как танцор. Даже в молодости он был прекрасным учителем, любил помогать людям совершенствоваться. Он много работал и никогда не сдавался. Мы танцевали вместе в «Баядерке» и балетах Макмиллана. Он никогда не переставал меня вдохновлять.

Что вы рекомендуете посмотреть в этом сезоне?

Любители Макмиллана могут посмотреть балет «Манон» осеннего сезона. Это глубокая психологическая постановка, которая дает к тому же возможность увидеть многих ведущих танцоров. Для тех, кто не любит рисковать, – «Лебединое озеро» Мариуса Петипа. Среди «троек» отмечу «Агон» Баланчина и в зимний сезон «Сфинкса» Глена Тетли в постановке нашего постоянного хореографа Вейна Макгрегора. Есть и «тройка», посвященная Макмиллану – в этом году ему исполнилось бы 90 лет.

 

 

Элен Педмор, директор Королевской оперы

Элен, у вас была потрясающая карьера – до того, как вы стали директором Королевской оперы, у вас была карьера певицы, вы работали продюсером на Би-би-си, были арт-директором Уэксфордского оперного фестиваля в Ирландии (Wexford Opera Festival in Ireland), были директором Государственного оперного театра Дании. Получить эту должность было просто делом времени?

Она стала логическим продолжением моей карьеры. Я начинала как пианистка и певица, в то же время занималась академической карьерой. Одновременно с работой на Би-би-си я занималась музыкой и впоследствии возглавила музыкальное оперное вещание в этой компании. Я стала ездить на многие музыкальные фестивали, приглашала многих известных музыкантов на запись в нашу студию. Работа на Би-би-си к тому времени отодвинула на второй план музыкальную карьеру. В конце 80-х я работала с промоутером, который решил делать большие оперные постановки наподобие рок-концертов, но не в залах, а на стадионах. В Лондоне мы проводили концерты в центре Earl’s Court – показывали «Тоску», «Аиду». Приходило по 14 тысяч человек, некоторые никогда в жизни не слышали оперы – было увлекательно работать над привлечением новой публики.

Как вы стали директором Оперного театра Дании?

Я работала арт-директором Уэксфордского оперного фестиваля, когда получила от них приглашение. Я ничего не знала об опере в Дании. Я первый раз работала в государственном оперном театре, где были свои оперная и балетная труппы и даже драматический театр. Мне в Дании нравилось, я проработала там семь лет, но однажды пришли новости, что Лондонская опера вновь открывает свои двери и набирает новую команду. «Ковент-Гарден» всегда присутствовал в моей жизни – в первый раз я сюда попала, когда была студенткой Бирмингемского университета. Время, когда я переехала из Дании, стало свежим стартом и для меня, и для обновленной Королевской оперы.

У оперы и балета есть свои почитатели. Вы думаете, оперу понять сложнее, чем балет?

Я люблю балет, но думаю, что человеку перед просмотром балета не надо особенно себя готовить – можно просто наслаждаться пиршеством для глаз. Во многих операх можно многое упустить, если не прочитать заранее либретто. Но жанр оперы бесконечен – не все, кто приходит в оперу, достаточно много знают о произведениях. Кто-то ходит на любимые голоса – послушать сопрано или альта, кто-то приходит наслаждаться любимыми ариями. Но есть и те, которые начали ходить в оперу в раннем возрасте, – у них требовательный вкус.

Для них сложно подобрать репертуар?

Репертуар должен быть разнообразен, чтобы удовлетворить вкусы любой публики. Его основа – классика XVIII, XIX и начала XX века – произведения, которые вы ожидаете услышать в стенах, такого театра, как «Ковент-Гарден». Всегда в репертуаре будут Пуччини, Верди, Моцарт и Россини. Они частично помогают нам делать необычные проекты – например, сейчас мы репетируем оперу «Лулу» Альбана Берга – она как раз для нишевой аудитории.

Вам приходится планировать репертуар в зависимости от графика оперных звезд?

Мы всегда ведем переговоры по этому поводу. Нам нужно заполучить их вовремя. «Ковент-Гарден» соревнуется с другими оперными театрами мира – в Нью-Йорке, Париже, Вене. Сейчас нам приходится планировать на сезоны – 2013-2014.

Кто был вашим кумиром, когда вы были певицей?

Джанет Бейкер с ее удивительным голосом и мгновенно узнаваемым тембром. И она очень убедительно исполняла текст – умела передать смысл, вложенный в слова.

Что вы порекомендуете посмотреть в этом сезоне новичкам и знатокам оперы?

Обязательно нужно посмотреть «Черевички» Чайковского. Часто говорят, что он сам считал эту оперу своей самой большой удачей. В ней есть и добрый юмор, и прекрасные сцены. Дизайн мы доверили русской команде – декорации будут в духе народных сказок. К тому же будут петь русские исполнители. В программе еще две русские премьеры, которые впервые будут представлены на сцене «Ковент-Гарден». Это опера Стравинского «Похождения повесы» и «Игрок» Прокофьева. Последняя будет исполняться на английском – в опере много маленьких ролей и много говорят речитативом. Мы не могли найти такого количества артистов с хорошим знанием русского. Вообще-то премьера «Игрока» была в Брюсселе и на французском, а не на русском, так что мы не очень переживаем по поводу выбора языка. В этом году выходят новые варианты постановки «Аиды» и «Манон» с великолепной Нетребко. Сезон откроет «Дон Карлос» с Поплавской, которая появится в сезоне дважды – в конце в паре с Пласидо Доминго. Он, в свою очередь, выступит как баритон и как тенор. Он заканчивает карьеру и сам выбирает, что больше подходит для его голоса. Мы приготовили сюрпризы для самой разной публики!

Leave a Reply