Санкт-Петербург для Лондона

Если вы много читали о Питере, заочно влюблены в этот удивительный город, но давно или никогда там не были, а у вас появилась возможность слетать туда на несколько дней, вы окажитесь в очень сложной ситуации. На единицу площади там такое количество музеев и достопримечательностей, так много красивых мест, что на осмотр города потребовалось бы как минимум несколько недель. Мы не будем давать вам настолько очевидные рекомендации, как сходить в Эрмитаж, Русский музей, съездить в Петергоф. Мы попросили петербургского краеведа, писателя, журналиста, составителя путеводителя по Петербургу «Афиша», кандидата исторических наук и остроумного рассказчика Льва Лурье порекомендовать десять мест, которые позволят увидеть этот город глазами людей, влюбленных в него, и которые позволят вам получить представление, какой он, современный Питер.

1. Четырежды переименованный

Это город, название которого за 100 лет менялось четырежды: Санкт-Петербург до 1914 года, Петроград – между 1914-м и 1924-м, Ленинград – до 1991-го и снова Петербург – до нынешнего дня. Каждое имя города вызывало сомнения: первоначальное Санкт-Петербург, латинско-голландское словообразование с неясным смыслом, – в честь апостола Петра? Тогда почему не Святопетровск? В честь царственного основателя? Но его никто не собирался канонизировать – почему же тогда «Санкт»?

Конъюнктурное «Петроград», появившееся из-за войны с Германией, не прижилось и стало странным исключением из топонимических правил. В сущности, почести лишили не императора, а его патримониального святого, к тому же другие звучащие по-немецки названия на карте России остались (Шлиссельбург, Екатеринбург, Ораниенбаум).

То же и Ленинград: в январе 1924-го почувствовавший себя наследником большевистского престола красный проконсул Северной столицы Григорий Зиновьев поспешил немедленно после смерти Ленина закрепить этот бренд за своим городом. По его мысли, Ленинград должен был стать, не больше не меньше, столицей коммунистического мира по окончании ожидаемой мировой пролетарской революции. Не случилось ни революции, ни переноса столицы, сам Зиновьев через год был изгнан из Смольного.

Наконец, последнее переименование хотя и было одобрено горожанами на референдуме, но не прижилось в языке. Горожане последние десятилетия называли свою родину Питером, как бы официально город ни именовался.

2. Самый северный мегаполис

Петербург — самый северный из крупных городов и самый крупный из северных городов. Шестидесятая параллель, на которой стоит Петербург, проходит через Магадан. Впрочем, хотя погода в городе ужасна, особых холодов не бывает: чувствуется смягчающее присутствие Балтики. В Якутии на той же широте средняя температура января – -40°С, в устье Невы – 7,7°С. В особо холодные зимы мы как бы попадаем в климатические условия Новой Земли (так было в блокадном январе 1942 года), а в теплые зимы смещаемся к берегам Азовского моря или в область теплого морского климата Западной Балтики (январь 1925 года). В Петербурге в течение всего года обычно пасмурно. Дней без солнца в холодный период 75-85%, а в теплый – 50-60%. Ясная погода осенью и зимой в Петербурге явление редкое, за месяц бывает обычно только один-два ясных дня. Зато Петербург присвоил себе белые ночи как собственную уникальную особенность, туристический аттракцион (во многом благодаря одноименной повести Федора Достоевского). Символом белых ночей стали разведенные мосты, дающие алиби тем, кто ищет предлог, чтобы избегнуть родительского или супружского крова («Понимаешь, мосты развели»).

3. Феникс

За последние 100 лет дважды – в блокаду и в Гражданскую войну – над Петербургом как бы взрывалась нейтронная бомба: население вымирало, здания оставались практически нетронутыми. К 1917 году в Петрограде жило 2,5 миллиона человек, после страшного голода 1918-1920 годов в опустевшем городе осталось 600 тысяч. Многие умерли от холода и голода. Эмигрировала большая часть чиновной, военной и интеллектуальной элиты. Рабочие, прислуга, приказчики, потерявшие работу, вернулись на свою малую родину – в деревню.

Перед началом блокады Ленинград насчитывал 3,4 миллиона жителей, в 1943-м – 600 тысяч. На этот раз главной причиной исчезновения людей стала смерть – умерли миллион мирных жителей: трагедия, сравнимая с Холокостом. Были зафиксированы тысячи случаев людоедства. Число умерших значительно превысило число сумевших выбраться из блокадного города по Дороге жизни.

Линия фронта шла по жилым районам, по летним резиденциям российских императоров. Ни один город Европы не испытывал в годы Второй мировой таких трагических опустошений.

Как саламандра, сбрасывая хвост, снова обретает его, Петербург каждый раз после опустошения восстанавливал численность населения, дух и характер.

4. Построенный на гиблом месте

Петербург – самый молодой большой европейский город. Даже местность, на которой находится Петербург, возникла сравнительно недавно. Река Нева прорвала Карельский перешеек и потекла из Ладоги в Балтику. К тому времени Конфуций уже создал свои основные сочинения, прошел свой земной путь Будда, были написаны «Одиссея» и «Илиада», а Египет завоеван персами.

Плоское гиблое место: возводить здесь что-нибудь капитальное может только безумец. Здесь и строили не избы, а рыбацкие хижины. При подъеме воды их разбирали, бревна связывали в плоты, привязывали к деревьям. Столицу решено было строить на местности, готовой в любой момент оказаться под многометровым слоем воды. Почти каждую осень мощный циклон, пройдя через Скандинавию, гонит воды Балтики в Ботнический залив. Длинная волна, дойдя до горловины залива, при сильном западном ветре поворачивает на Петербург. По мере приближения к городу набегающий вал становится все выше, образуя настоящее цунами.

Через три года после основания Петербурга царь лично лицезрел наводнение, и оно его только развеселило. Из письма Меншикову: «У меня в хоромах было сверх полу 21 дюйм, а по городу и на другой стороне свободно ездили в лодках». (Петр писал это в своем знаменитом «домике» – городом он называл нынешнюю Петроградскую сторону, другой стороной – теперешний центр города.) «И зело было утешно смотреть, что люди по кровлям и деревьям, будто во время потопа, сидели, не только мужики, но и бабы».

Самое катастрофическое наводнение произошло 6 ноября 1824 года. Уровень воды был в этот день на 412 сантиметров выше обычного. Площади превратились в озера, улицы – в реки. По ним носились корабли и баржи, сорванные с якорей. Люди карабкались на крыши, барахтались в воде, цепляясь за доски, могильные кресты, обломки зданий. В подвалах Императорской публичной библиотеки плавали сомы. Лошади и коровы почти все погибли в стойлах и каретных сараях, и вода носила их раздувшиеся трупы. Погибли 569 человек, 462 дома стихия уничтожила. Стихия напомнила о себе потомкам Петра.

В 1833 году Пушкин напишет «Медный всадник». «Кумир на бронзовом коне», «чьей волей роковой над морем город основался», и построенный им Петербург – главные герои поэмы. Рок, тяготеющий над Петербургом, отныне в русской культуре будет символически связан с памятником Петру на Сенатской площади. Государственная воля Петра и судьба маленького человека Евгения. Природа и цивилизация. Россия, поднятая на дыбы. «То о трупы, трупы, трупы спотыкаются копыта» всадника у Блока.
«В темных лаврах гигант на скале – завтра станет ребячьей забавой. Уж на что он был грозен и смел, да скакун его бешеный выдал. Царь змеи раздавить не сумел – и прижатая стала наш идол», – писал Анненский.

С тех пор Нева еще сотни раз выходила из берегов. Но город с тех пор подрос, и его не так просто залить. Но ощущение искусственности и рискованности города от этого не уменьшилась.

«Ужасен он в окрестной мгле! Какая дума на челе! Какая сила в нем сокрыта! А в сем коне какой огонь! Куда ты скачешь, гордый конь, и где опустишь ты копыта?»

5. Опасный город

Питер – город опасный, особенно для начальства. Здесь были убиты наследник престола – царевич Алексей Петрович, три императора – Петр III, Павел I и Александр II, взорван эсерами министр внутренних дел Плеве, застрелены террористами еще один министр внутренних дел – Сипягин и министр народного просвещения Боголепов, взлетела на воздух дача премьер-министра Столыпина, убиты генерал-губернатор Милорадович и градоначальник фон Лауниц, а градоначальник Трепов тяжело ранен Верой Засулич. Умер в сибирской ссылке первый генерал-губернатор Александр Меншиков, 20 лет провел в Сибири генерал-губернатор Буркхард Миних, тринадцать лет – Антон Девиер. С момента основания в городе произошло пять дворцовых переворотов и пять революций (считая Кронштадтское восстание и восстание декабристов).

Большевики в 1918 году казнили в Петропавловской крепости троих великих князей. Из руководителей коммунистической организации города расстреляны девять и один, Киров, убит. Советскую городскую элиту уничтожали под корень трижды – в 1926-м после падения Григория Зиновьева, в 1934-м – после убийства Кирова и в 1949-м во время «Ленинградского дела». Первый мэр Петербурга – Собчак вынужден был полтора года скрываться в Париже и умер вскоре после возвращения на родину. В самом центре города, на Невском проспекте, в 1997 году застрелили вице-мэра Маневича. В Питере всегда был силен дух оппозиции. В 1989 году ленинградцы прокатили на выборах всю местную номенклатуру, в 1996-м скинули Собчака. Фактически сняли и следующих губернаторов – Владимира Яковлева и, только что, Валентину Матвиенко.

6. Четвертый

Петербург – самый большой нестоличный город Европы. С начала XIX века Петербург оставался четвертым по населению городом Европы (он превосходил в численности населения Берлин, Вену, Неаполь, Москву и всегда уступал Парижу и Лондону). Четвертый он и теперь: Париж – 9,5, Москва – 9,3, Лондон – 7,6, Петербург – 5 миллионов человек. От бывшего столичного статуса – императорские и великокняжеские дворцы, Эрмитаж, Мариинский театр, обилие казарм, триумфальных арок, правительственных зданий и ощущение ущемленности.

7. Музей архитектуры

Нет места в мире, где было бы столько сохранившейся архитектуры неоклассики, эклектики, модерна, ретроспективизма. Петербург – самый большой старый город Европы. В войну его бомбили, но гораздо меньше, чем Лондон, Сталинград, Берлин или Роттердам. С другой стороны, Ленинград в годы советской власти считался городом провинциальным, и на шедевры социалистического зодчества денег местной власти не хватало. Не было даже достаточно динамита для сноса церквей. Жилищное строительство велось на окраинах. В результате в Петербурге почти полностью сохранились жилые каменные дома предреволюционного города – примерно пятнадцать тысяч зданий. От Обводного канала до Большой Невки и от Александро-Невской лавры до торгового порта город остался почти таким, каким он был в 1917 году. Поэтому сколько бы времени вы ни провели в Петербурге, если вы зевака, если вам нравится живая жизнь и разнообразие городского ландшафта, Петербург – идеальное место, чтобы напитать взор и потешить воображение.

8. Больше, чем Венеция

Петербург – чемпион Европы по мостам, вице-чемпион по каналам и островам. В Петербурге 48 рек и каналов, 160 километров набережных, 800 мостов и 42 острова (в Венеции больше каналов – 157 и островов – 118, но меньше мостов – 378). Сейчас, когда количество
прогулочных катеров, моторных лодок, теплоходов растет экспоненциально каждое лето, не воспользоваться этой возможностью осмотреть город – преступление.

9. Российская Англия

В английском есть такое чудесное слово – «overeducated»: люди, знающие много ненужного, неприменимого на работе. В городе мало рабочих мест для образованных людей, но очень много книг, картин и исторических зданий. Петербуржцы отличаются от москвичей, как англичане от американцев. Медленнее принимают решения, больше читают, не слишком приветливы, но изысканно вежливы. И ведут себя не по правилам. Бродский и Довлатов не стали в СССР Евтушенко и Аксеновым. Попса отсутствует как класс, зато рок процветает. Город фриков. Самый знаменитый шоумен Сергей Шнуров поет только матом, так что его нельзя крутить по радио.

10. Мифы

Петербург – город, смысл и назначение которого менялись от поколения к поколению. Это город-миф, на который глядят и глядели самым разным, порой прямо противоположным образом.

От Петра до Николая I Петербург в общественном сознании воплощал идеи величия Российской империи, разрыва с старомосковской «дикостью» – эдакий
северный форпост прогресса, порядка, закона. Российская столица воспринималась как город, построенный с чистого листа, олицетворение будущности России. Петр оптимистически попирал змею и оправданно поднимал Россию на дыбы.

Со времен «Медного всадника» и вплоть до начала XX века отношение к императорской России и к ее державному основателю резко меняется. Петр и Евгений, государство и «маленький человек». Петербург – воплощение строя, основанного на произволе над человеческой личностью. Классический Петербург воспринимается отныне как бездушное скопище «языческих храмов в чухонских болотах», казарм и дворцов – нечто глубоко формальное, неоригинальное, второсортное. Таков город Гоголя, Лермонтова, Достоевского, «Анны Карениной».

Статья Александра Бенуа «Живописный Петербург» вышла в 1903 году, когда уже близки были Цусима, 9 января. В статье впервые со времен Пушкина утверждалось: классический Петербург прекрасен. Город становится объектом восхищения в преддверии своего краха как центра петровской государственности. Мирискусники и акмеисты видят в «желтизне правительственных зданий» уже не только и не столько воплощение России, открытой на Запад, сколько памятник блистательному «золотому веку» русской культуры.

В советское время изучение классического Петербурга становится на некоторое время одной из немногих легально возможных в Ленинграде форм ностальгии по старому Петербургу. Летний сад, Царское Село, Мойка 12, становятся понятиями-символами. Книги местных краеведов и историков архитектуры, поэзия от Ахматовой до Бродского несут послание об имперском, столичном прошлом. С другой стороны, официальная позднесталинская Россия черпает в классическом Петербурге некую модель для заимствования этикета, архитектурных форм, геополитических идей.

Миф о блестящей столице модерна, о 1913 годе был создан в постреволюционное время настоящими и внутренними эмигрантами. «На земле была одна столица, остальное – просто города». Петербург – град Китеж, воплощение потерянной России.

В последние десятилетие Ленинград воспринимается как город Бродского, Довлатова, «Сайгона», Гребенщикова, Науменко, Цоя, «Митьков», хипповской «системы», Масяни, группы «Ленинград», фестиваля «Стереолето» – столица неофициальной, «второй» культуры.

Все петербургские мифы имеют свойства порождать актуальную культуру, в том числе и архитектуру. Петербург еще преподнесет немало сюрпризов.

0 thoughts on “Санкт-Петербург для Лондона

  • June 4, 2013 at 3:03 pm
    Permalink

    Коренные ленинградцы-петербуржцы называли город исключительно Ленинград или Петербург, только приезжие называли его фамильярно Питером. Васильевский остров – Васькой, Гостиный Двор – Гостинкой и т.д.

Leave a Reply