Надежда Абела: «Лучше быть маленьким фондом, но таким, который конкретно помогает»

Надежда Абела родилась и выросла в Твери. Впервые приехав в Лондон в 17 лет, была принята на работу в модельное агентство. После нескольких лет международной карьеры в модельном бизнесе выбрала Лондон как постоянное место жительства, где встретила своего будущего мужа ресторатора и бизнесмена Марлона Абела. В 2015 году Надежда зарегистрировала в Твери благотворительный фонд «Надежда», который помогает детям, страдающим различными заболеваниями, а также оказывает финансовую поддержку одарённым детям, выделяя гранты на обучение.

– Надежда, в этом году вашему фонду исполняется 5 лет. Много ли удалось сделать за это время?

– Безусловно, за это время проделана огромная работа и командой, и мной лично. Нам удалось помочь большому количеству детей. С самого основания задачей фонда была не только адресная помощь, очень важно, чтобы вложенные в проект деньги помогали большему числу детей. Например, реабилитационным оборудованием, поставленным в  больницу, могут пользоваться десятки и сотни детей.

Мы были первыми, кто оборудовал в Твери, в обыкновенной общеобразовательной школе реабилитационный класс для детей с ДЦП – специальные сиденья, столы, парты. Потом открыли второй, третий, на данный момент таких классов уже шесть. Каждый рассчитан на 12 детей. С 2016 года через них прошли десятки детей, которые раньше могли находиться только дома, а теперь имеют возможность учиться в школе, общаться со сверстниками. Это ещё и огромная помощь родителям – есть куда пойти, к кому обратиться. Они начинают понимать, что если у ребёнка какое-то заболевание,  это не крест. Его можно поставить на ноги и сделать полноценным членом общества.

Также нами были построены реабилитационные площадки для детей с ДЦП и расстройством аутического спектра. За время работы фонда мы осуществили немало разных проектов, но это всё равно капля в море, если смотреть по всей России.

– Вы удовлетворены результатом проделанной работы?

– Да. Конечно, хочется сделать больше, но мы стараемся правильно и продуктивно помогать. Наша работа видна и людям, и компаниям, и они уже тоже хотят помочь. И помогают. Кто-то финансово, а кто-то своими возможностями. Общество начинает менять своё отношение к детям с ДЦП и аутизмом. Это очень важный результат.

– Изменилось ли у официальных лиц за это время отношение к благотворительным фондам?

– Заметно изменилось. Когда мы только получили регистрацию фонда «Надежда», то сразу обратились в медицинские учреждения, в некоторые школы и садики с вопросом: «Как мы вам можем помочь?» У нас два направления – здоровье и детское образование. Многие структуры говорили, мол, нам ничего не надо и у нас и так все хорошо. А у самих катастрофически не хватало медицинского оборудования и даже шприцов, колясок. Люди к этому привыкли и совершенно искренне считали это нормальным, и не может быть по другому. Сейчас понимание расширяется, и люди осознают, что есть те, кто хочет безвозмездно помочь.  И теперь у нас очередь из заявок от медицинских и учебных учреждений нашего города, Тверской области да и со всей России. Фонду доверяют и обращаются за помощью. Кроме того, раньше мне постоянно задавали вопрос – зачем тебе это надо? Сейчас уже не задают. Люди хотят помогать. Приходят и спрашивают, как могут помочь. Я считаю это очень положительным результатом.

– А действительно, зачем вам это надо? Зачем было создавать свой собственный благотворительный фонд? Это же огромная работа. Есть немало способов помочь лично или через другие устоявшиеся фонды, которые занимаются помощью детям.

– Мы не ищем лёгких путей.  Но если серьёзно, то после рождения  второго сына пришло понимание, насколько дети, неважно, какой они национальности и в какой стране живут, беззащитны и нуждаются не только в маме и папе, но ещё и в обществе с развитой инфраструктурой, в хорошо оборудованных больницах и школах. Вырастить ребёнка непросто, а если ребёнок болен, то ещё сложнее. Я родилась в Советском Союзе и помню, как было тяжело моим родителям растить нас с братом, а когда появились свои дети, я увидела огромную разницу в том, что доступно детям в Великобритании, с тем, что было на тот момент доступно в моём родном городе.  Колоссальная пропасть! Дети – это будущее страны, было печально смотреть на всё это. Я живу в Лондоне, и хотелось не только помочь, а прочувствовать это, перезнакомиться с мамами, нуждающимися в помощи малышей, поглубже вникнуть в проблему. Конечно, гораздо легче появиться на мероприятии, выписать чек и до свидания. Мне хотелось именно работать в этой сфере, познавать и помогать. Я Козерог и очень люблю, чтобы всё было правильно.

– Вы поддерживаете другие благотворительные фонды?

– Как гость я хожу и поддерживаю многие фонды, как и английские, так и наши русские. Мой супруг поддерживал и поддерживает некоторые фонды ещё с юного возраста. Я ему в этом помогаю. Потом есть такой прекрасный проект Mothers to mothers («Мамы к мамам»). Они помогают ВИЧ-инфицированным женщинам в Африке с медицинскими препаратами. Если их принимать во время беременности, то родившиеся дети будут ВИЧ-фри. Уже подрастает целое поколение детей без ВИЧ. Этот фонд также  образовывает мам, чтобы те помогали другим более молодым мамам. В отдельных африканских странах эта программа полностью перешла на государственную поддержку.

– В России некоторые, даже известные люди, когда их спрашивают про благотворительность, бывает, говорят: «Да, я помогаю, но не кричу об этом на каждом углу». Как вы считаете, надо ли громко говорить о том, кого конкретно ты поддерживаешь, какие фонды, какие программы?

– О том, что ты помогаешь, неважно, кому-то адресно или большому благотворительному фонду, обязательно надо говорить. Это значит «я помогаю, я интересуюсь проблемой». Твоё окружение, если оно внимательно и уважительно к тебе относится, возможно, тоже проникнется этим и тогда вместо одного помогающего человека будет пять или десять. И проблема решится быстрее.

– Приучаете ли вы своих детей к благотворительности?

– У детей в школе с самых ранних классов говорят об этом, устраивают специальные дни, когда можно прийти в школу в джинсах и принести фунт или два в поддержку определённого благотворительного фонда, проводят благотворительные вечера. Дома они просят меня рассказать, чем занимается фонд «Надежда», и, если я лечу в Россию одна,  всегда мне дают либо часть своих карманных денег, либо игрушки – хотят поделиться, чтобы помочь другим детям, которым помогает мама.

– Совсем недавно вы зарегистрировали Nadezda Foundation в Великобритании. Зачем создавать ещё один фонд?

– С точки зрения юридической стороны фандрейзинга благотворительный фонд, зарегистрированный здесь, вызывает меньше вопросов. Когда мы обращаемся за поддержкой в крупные компании, первое, что они спрашивают, есть ли английская регистрация. Мы прописали в уставе, что фонд помогает детям как английским, так и русским – 50/50. И фактически сейчас появилось больше возможностей для фандрайзинга. Получается, два фонда, больше работы, но и помочь можно большему количеству детей, как в России, так и в Англии. К тому же, благодаря Gift Aid, фонд, зарегистрированный в Великобритании, получает дополнительно от государства за счёт возврата налогов 25 процентов от суммы пожертвования, если благотворитель является налогоплательщиком в этой стране.

– Вы смотрите, как работают другие благотворительные фонды?

– Обязательно. До того, как открыть свой фонд, я ходила на мероприятия, даже помогала с их организацией. Конечно, всегда что-то подсматриваешь, учишься, что-то нравится, что-то нет, а что-то хочется обязательно перенять и увидеть, на своём вечере. Это образовательный процесс и для меня лично, и для всей нашей команды. Уверена, что рост фонда – процесс образовательный.

– Что больше всего вас может расстроить?

– Расстройства, конечно, бывают. Иногда думаешь: и правда, ну зачем это всё надо? Потом сам себе: «Так, спокойно. Всё хорошо». Очень переживаю, когда люди обещают поддержать, подтверждают, что придут, а в последний момент всё отменяют. А так, конечно, расстройство – это когда приходит много заявок, и ты понимаешь, что в этом месяце не сможешь помочь всем… Расстройств мало, но они есть. Мы их преодолеваем и идём дальше, чтобы они не портили нам настроение.

– Карьера модели – это тяжёлый труд. Постоянные перелёты, жёсткие графики, многочасовые съёмки, показы, необходимость хорошо выглядеть в любую минуту. Помогает ли модельный опыт строить карьеру бизнесвумен?

– За время работы в модельной индустрии становишься очень организованным. Надо быть вовремя на съёмках и на показах, уметь работать в команде, тебя всегда окружает большое количество профессионалов – фотографы, стилисты, визажисты, и надо уважать других. Сейчас, когда мы организуем какое-то мероприятие с девочками-попечителями в нашем фонде, мы команда. Продумываем вместе всё до мелочей: приглашения, кого пригласить, какие лоты будем разыгрывать на аукционе, как сделать так, чтобы всем на вечере понравилось, кого с кем посадить, кого кому представить.

Модельная карьера научила меня ценить и уважать время других людей, не опаздывать и быстро собираться в поездки.

– Насколько я понимаю, для вас не представляется сложным собрать чемодан в дорогу?

– Совершенно. Есть чемодан выходного дня, чемодан недельной или двухнедельной  поездки.

– Поделитесь секретами, как легко путешествовать и хорошо выглядеть?

– Самое главное – всё продумать вперёд и скомбинировать вещи между собой.  Если едешь на 3 дня, то нужно 3-4 наряда. Я собираю чемодан очень быстро. Вещи на вешалках в прозрачных чехлах складываю вместе с вешалками и с чехлами, и, когда открываю чемодан, просто перемещаю всё в шкаф. Очень удобно. Экономит лишние 10 минут. Когда поездка недолгая (2-3 дня), беру с собой только ручную кладь. Это тоже помогает экономить время.

В перелётах важна удобная одежда, побольше воды и антибактериальные салфетки. Ещё я всегда беру с собой крем для глаз, увлажняющие капли для глаз и гигиеническую помаду, чтобы помочь своей коже пережить этот стресс. И потом обязательно, куда бы ни летела, я всегда много бегаю. Кислород и физическая нагрузка помогают быть в тонусе в любых часовых поясах.

– Что вы пожелаете читателям New Style?

– Никогда не ждите, что кто-то придёт и сделает всё за вас, делайте сами. Не бойтесь совершать ошибки. Любите свою работу и получайте от неё удовольствие. Хочется также пожелать уважительнее и внимательнее относиться друг к другу, к своим близким. Больше общайтесь с ними и проводите время вместе.