Франклин Рузвельт: четыре срока в инвалидном кресле
Франклин Делано Рузвельт родился 30 января 1882 года в Гайд-Парке, штат Нью-Йорк, в семье, где бедность была чем-то вроде экзотического слуха из газет. Он принадлежал к той самой американской аристократии, которая умела говорить о служении народу, не забывая при этом о фамильных поместьях, хороших школах и правильных знакомствах. Его дальним родственником был Теодор Рузвельт, другой президент США, человек-ураган, ковбой в очках и политический носорог. Франклин был внешне мягче, но в итоге именно он стал президентом, который изменил американское государство сильнее почти всех своих предшественников. Он руководил страной с марта 1933 года до апреля 1945-го и остался единственным президентом США, которого избирали четыре раза. После него американцы, слегка отдышавшись от такой концентрации власти, ограничили президентов двумя сроками.
В молодости Рузвельт шёл по очень понятной дорожке богатого и амбициозного человека: Гарвард, юридическая школа Колумбийского университета, политика, Демократическая партия, женитьба на Элеоноре Рузвельт, племяннице Теодора Рузвельта. Да, семейные деревья у американской элиты иногда напоминают не дерево, а аккуратно подстриженный парк. Элеонора, впрочем, была не просто “жена президента”. Она стала самостоятельной политической фигурой, активисткой, дипломатической силой и человеком, который часто подталкивал Франклина туда, куда его собственный класс идти не очень хотел: к бедным, чернокожим американцам, профсоюзам, женщинам и социальным реформам.
Главный личный перелом случился в 1921 году. Во время отдыха на острове Кампобелло Рузвельт заболел полиомиелитом. Ему было 39 лет. Болезнь парализовала его ниже пояса, и до конца жизни он почти не мог ходить без помощи. Для политика той эпохи это было почти катастрофой. Америка любила бодрых мужчин с крепким рукопожатием, а не кандидатов, которых приходилось поддерживать под руки. Рузвельт сделал из этого не публичную исповедь, а тщательно управляемую тайну. Его редко фотографировали в инвалидном кресле, а на публике он создавал впечатление человека, который “стоит”. На самом деле он часто использовал металлические фиксаторы на ногах, трость и помощь сыновей или помощников. Он стал первым президентом США со значительной физической инвалидностью.
Ирония в том, что именно болезнь, вероятно, сделала его более сильным политиком. До полиомиелита он мог остаться обычным уверенным патрицием с приятной улыбкой. После болезни он научился терпеть боль, зависеть от других, скрывать слабость и при этом не терять контроля над комнатой. В Уорм-Спрингс, штат Джорджия, он основал центр реабилитации для людей с полиомиелитом и много лет был связан с этим местом. Там он видел не только элиту, но и обычных людей, сломанных болезнью, бедностью и отсутствием поддержки. Для будущего автора Нового курса это была очень полезная школа, хотя, конечно, поступать туда таким способом никому не пожелаешь.
Когда Рузвельт стал президентом в 1933 году, США находились в Великой депрессии. Банки рушились, безработица была чудовищной, фермеры теряли землю, города наполнялись очередями за бесплатной едой, а прежняя вера в рынок выглядела так, будто её забыли под дождём. Рузвельт вошёл в Белый дом с обещанием “нового курса” — New Deal. Это была не одна реформа, а целая лавина законов, агентств и программ. Американцы даже шутили про “алфавитный суп”, потому что названия организаций состояли из аббревиатур: WPA, CCC, TVA, SEC, FDIC. За этими буквами стояли рабочие места, инфраструктура, регулирование банков, защита вкладчиков, поддержка фермеров, строительство дорог, мостов, школ, парков и электрификация бедных регионов.
Новый курс не был магической таблеткой. Он не отменил Великую депрессию одним президентским взмахом руки. Экономика восстанавливалась неровно, критики справа обвиняли Рузвельта в социализме, критики слева — в том, что он спас капитализм, вместо того чтобы заменить его чем-нибудь более радикальным. Но Рузвельт сделал главное: он изменил ожидания. До него многие американцы считали, что федеральное правительство должно быть осторожным ночным сторожем. После него государство стало тем, кто страхует вклады, создаёт рабочие места, регулирует рынки и хотя бы пытается не бросать граждан один на один с катастрофой.
Одним из самых долговечных результатов Нового курса стал Social Security Act 1935 года. Рузвельт предложил систему социальной защиты, которая должна была помогать пожилым людям, безработным и уязвимым группам. Закон встретил сопротивление: одни считали его вмешательством государства в частную жизнь, другие не хотели дополнительных налогов для работодателей. Но именно эта реформа стала фундаментом американской системы социального страхования. Её до сих пор обсуждают, ругают, защищают и используют — что, пожалуй, лучший признак того, что закон действительно важен.
Рузвельт прекрасно понимал силу радио. Его знаменитые “беседы у камина” стали политическим театром нового типа. Президент говорил с американцами простым языком, будто сидел рядом в гостиной, а не управлял страной размером с континент. Это был очень современный ход: не просто принять решение, а объяснить его так, чтобы человек у радиоприёмника почувствовал — “он говорит со мной”. В эпоху, когда доверие к банкам и политикам лежало в руинах, такая коммуникация была не украшением, а инструментом власти.
Но Рузвельт не был святым реформатором в идеально выглаженном костюме. Один из самых спорных моментов его президентства — попытка “упаковать” Верховный суд в 1937 году. После победы на выборах 1936 года он предложил расширить состав суда, фактически добавив новых судей, более лояльных к Новому курсу. Формально это объяснялось возрастом действующих судей и эффективностью работы суда. По сути — желанием изменить баланс сил, потому что Верховный суд мешал его реформам. План провалился и вызвал серьёзную критику даже среди сторонников Рузвельта. Демократия демократией, но когда президент хочет передвинуть мебель в судебной системе под собственную программу, люди начинают нервничать.
Вторая огромная часть его наследия — Вторая мировая война. До нападения Японии на Пёрл-Харбор 7 декабря 1941 года США формально не участвовали в войне, но Рузвельт уже помогал Британии и союзникам, понимал угрозу нацизма и постепенно готовил страну к более активной роли. В августе 1941 года он встретился с Уинстоном Черчиллем, и они согласовали Атлантическую хартию — документ о целях союзников и будущем послевоенном порядке. После Пёрл-Харбора Рузвельт произнёс речь о “дне, который останется в бесчестье”, и США вступили в войну.
Здесь тоже есть мифы. Например, часто кажется, будто Пёрл-Харбор “начал” Вторую мировую войну. Для американской памяти — почти да. Для мира — нет. К 1941 году война уже шла в Европе и Азии. Ещё один миф — что вся Америка после нападения добровольно побежала записываться в армию. На деле огромное число американских военнослужащих были призваны по системе, введённой ещё до атаки. И знаменитая фраза про “разбудили спящего гиганта”, якобы сказанная японским адмиралом Ямамото, скорее всего, обязана своей популярностью фильму, а не надёжному историческому документу.
Самое тёмное решение Рузвельта военного времени — Executive Order 9066, подписанный 19 февраля 1942 года. Этот приказ позволил военным властям исключать людей из определённых зон безопасности. На практике он привёл к массовому заключению японских американцев в лагеря. Речь шла примерно о 120 000 человек. Многие из них были гражданами США. Это один из тех случаев, когда великая риторика о свободе встречается с паникой, расизмом и государственной машиной — и проигрывает.
К концу войны Рузвельт был физически истощён. Он участвовал в Ялтинской конференции в феврале 1945 года вместе с Черчиллем и Сталиным, обсуждая устройство послевоенного мира. Споры о Ялте идут до сих пор: одни считают, что Рузвельт слишком доверял Сталину, другие — что у него было мало реальных вариантов, потому что Красная армия уже стояла в Восточной Европе. Рузвельт умер 12 апреля 1945 года в Уорм-Спрингс, не дожив до капитуляции Германии меньше месяца. Его смерть стала шоком для страны, которая привыкла к тому, что этот голос по радио всегда где-то рядом.
Франклин Рузвельт остаётся фигурой неудобной именно потому, что он был огромным. Его нельзя аккуратно положить в коробку “герой” или “злодей”. Он спасал банки и помогал бедным. Усиливал демократию и опасно давил на суд. Говорил о свободе и подписал приказ, отправивший тысячи невиновных людей за колючую проволоку. Он был человеком привилегий, который стал символом социальной защиты. Инвалидом, который убедил страну в собственной силе. Политиком, который любил власть, но использовал её не только для себя. В этом и состоит его историческая странность: Рузвельт был не просто президентом кризиса. Он был человеком, который доказал, что кризис иногда не ломает государство, а заставляет его изобрести себя заново.
