Бенджамин Спок: революция в воспитании детей и тираж в 50 миллионов

14 июля 1946 года в американских книжных магазинах появилась работа с довольно обстоятельным названием — «Книга здравого смысла о ребёнке и уходе за ним». Её автором был Бенджамин Спок, педиатр, психоаналитик, бывший олимпийский чемпион и человек, которому предстояло стать самым известным детским врачом XX века. На русском языке книгу знают под более лаконичным названием «Ребёнок и уход за ним».

Момент для публикации оказался идеальным. Вторая мировая война закончилась, солдаты возвращались домой, создавали семьи, а в США начинался знаменитый беби-бум. Миллионы молодых родителей внезапно обнаружили, что младенцы не поставляются с инструкцией, зато умеют плакать по ночам, отказываться от еды и вызывать чувство вины только одним своим выражением лица.

Книга Спока начиналась с фразы, которая сегодня кажется довольно обычной: «Доверяйте себе. Вы знаете больше, чем вам кажется». В 1946 году она звучала почти революционно. Родителям, особенно матерям, обычно предлагали не доверять себе, а точно выполнять указания специалистов: кормить строго по часам, не брать ребёнка на руки без необходимости, не реагировать на плач слишком быстро и не проявлять лишних нежностей, чтобы не вырастить избалованного домашнего диктатора.

Некоторые американские специалисты первой половины XX века смотрели на младенца слегка как на плохо настроенный механизм. Психолог Джон Уотсон, один из основателей бихевиоризма, советовал родителям быть сдержанными, избегать чрезмерных объятий и поцелуев и приучать детей к самостоятельности едва ли не с колыбели. В такой атмосфере предложение Спока обнимать ребёнка, прислушиваться к нему и учитывать его индивидуальность выглядело дерзким вызовом авторитетам.

Бенджамин Спок родился в 1903 году в городе Нью-Хейвен, штат Коннектикут. Он был старшим из шести детей и с юности участвовал в уходе за младшими братьями и сёстрами. Вероятно, это стало его первым, довольно продолжительным курсом практической педиатрии — без диплома, зарплаты и права отказаться от дежурства.

Спок учился в Йельском университете, где входил в команду по академической гребле. На Олимпийских играх 1924 года в Париже американская восьмёрка, в составе которой выступал будущий доктор, завоевала золотую медаль. Таким образом, один из самых известных специалистов по младенческому сну сначала научился синхронно управляться веслом вместе с семью взрослыми мужчинами. Возможно, после этого детская истерика уже не казалась ему самым сложным видом командной работы.

Медицинское образование Спок завершил в Колумбийском университете. Помимо педиатрии, он изучал психоанализ, что заметно отличало его от многих коллег. Его интересовали не только температура, питание и физическое развитие ребёнка, но и отношения внутри семьи, страхи, ревность, эмоциональная безопасность и родительская тревога. Он одним из первых популярных авторов попытался соединить медицинские знания с психологией развития.

«Ребёнок и уход за ним» отличался не только содержанием, но и интонацией. Спок разговаривал с читателем спокойно, без высокомерия и угроз. Он не создавал впечатление, что одна лишняя ложка каши разрушит будущее ребёнка. Автор объяснял, что дети различаются, семьи живут в разных обстоятельствах, а универсальное расписание подходит младенцам примерно так же хорошо, как универсальный размер обуви.

Книга предлагала более гибко относиться к кормлению. Вместо строгого режима Спок советовал учитывать признаки голода и реальные потребности ребёнка. Он поддерживал проявление любви, не считал быстрое реагирование на плач гарантированным способом вырастить эгоиста и предлагал не превращать приучение к горшку в семейную войну на истощение.

При этом настоящий Спок был гораздо менее радикальным, чем его позднейшая репутация. Он не утверждал, что детям следует разрешать всё. В книге постоянно говорилось о правилах, родительской уверенности, ответственности и необходимости устанавливать границы. Его идея заключалась не в отмене дисциплины, а в отказе от бессмысленной суровости. Современные исследователи также отмечают, что Спок выступал не за вседозволенность, а за воспитание эмоционально зрелого человека.

Первое издание стоило всего 25 центов. Издатель рассчитывал сделать книгу доступной для массового читателя, и расчёт оказался более чем удачным. Она стала одной из самых продаваемых нехудожественных книг XX века, выдержала множество переработанных изданий, была переведена на десятки языков, а общий тираж обычно оценивают примерно в 50 миллионов экземпляров.

Влияние книги вышло далеко за пределы детской комнаты. Спок изменил само представление о родительстве. Мать и отец в его системе переставали быть надзирателями, обязанными подавлять естественные порывы ребёнка. Они становились наблюдателями, наставниками и людьми, способными принимать решения без ежедневного разрешения медицинского начальства.

Разумеется, столь популярный автор не мог избежать обвинений во всех общественных бедах. Когда дети послевоенного поколения выросли и в 1960-е годы начали спорить с родителями, протестовать против войны, носить длинные волосы и задавать неудобные вопросы, консервативные критики нашли предполагаемого виновника. Им оказался доктор Спок.

Его обвиняли в том, что он вырастил «поколение вседозволенности», разрушил дисциплину и научил родителей слишком внимательно относиться к детским чувствам. Сам Спок возражал, что его советы неправильно поняли. Любовь, уважение и внимание, объяснял он, вовсе не означают отсутствия требований. Однако миф оказался живучим: гораздо удобнее обвинить одну книгу, чем разбираться в экономических, политических и культурных переменах целой эпохи.

Особую остроту спорам придавала политическая деятельность самого автора. В 1960-е годы Спок стал активным противником войны во Вьетнаме и поддерживал молодых людей, отказывавшихся от призыва. В 1968 году его признали виновным в сговоре с целью содействия уклонению от военной службы. Доктора приговорили к двум годам заключения и штрафу, но в 1969 году апелляционный суд отменил приговор.

Для Спока эта позиция была продолжением медицинской этики. Он задавался вопросом: какой смысл врачам помогать родителям растить здоровых и счастливых детей, если затем государство отправляет этих детей погибать на войне? В 1972 году он даже участвовал в президентских выборах как кандидат от небольшой Народной партии. Победить ему, разумеется, не удалось, но превратить педиатра в обычного автора советов после этого уже было невозможно.

Не все рекомендации ранних изданий выдержали проверку временем. Самый известный пример касается сна младенцев. В определённый период Спок советовал укладывать ребёнка на живот, опасаясь, что лежащий на спине младенец может захлебнуться при срыгивании. Позднейшие исследования установили связь сна на животе с повышенным риском синдрома внезапной детской смерти. Медицинские рекомендации изменились, а последующие издания книги были исправлены.

Этот эпизод показывает важную особенность любых популярных медицинских руководств: даже огромный авторитет не превращает книгу в вечную истину. Наука развивается, данные накапливаются, а советы, казавшиеся разумными одному поколению врачей, могут быть пересмотрены следующим. Впрочем, Спок регулярно обновлял свой труд, реагируя на новые исследования и общественные изменения.

Менялся и язык книги. В первых изданиях основная ответственность за ребёнка почти автоматически возлагалась на мать, что соответствовало американским представлениям 1940-х годов. Позднее автор стал чаще говорить о роли отца, работающих женщинах, разных моделях семьи и равном участии родителей. Вместе с обществом эволюционировал и сам доктор.

Сегодня отдельные рекомендации Спока кажутся устаревшими, а некоторые идеи давно вошли в привычную практику. Именно в этом и заключается масштаб его успеха. Мысль о том, что ребёнок — личность, что его чувства заслуживают внимания, а родители имеют право доверять собственным наблюдениям, больше не выглядит революционной. Но когда-то эту революцию пришлось напечатать в дешёвой книге с мягкой обложкой.

«Ребёнок и уход за ним» не избавила родителей от сомнений. Возможно, ни одна книга на это не способна. Зато Спок сделал кое-что не менее важное: перестал разговаривать с матерями и отцами как с нерадивыми учениками, которые непременно всё испортят без строгого надзора. Он напомнил им, что здравый смысл, любовь и внимательное наблюдение тоже являются знаниями.

В эпоху бесконечных советов, противоречивых методик и экспертов, готовых объяснить любую детскую слезу за сорок секунд, первая фраза Спока остаётся удивительно современной. Родителям по-прежнему полезно читать специалистов, проверять медицинские рекомендации и обращаться к врачам. Но иногда им также стоит вспомнить: они действительно знают больше, чем им кажется.