Венеция – город моей мечты

Мы все представляем, как выглядит Венеция, даже те, кто там никогда не бывал, по многочисленным картинам живописцев, по описаниям писателей и поэтов, а в век фотоаппаратов перестали существовать уголки, не запечатленные туристами. Поэтому, когда вы впервые отправляетесь в новое место, вы мысленно переноситесь туда задолго до начала путешествия. Чего я совсем не ожидала, оказавшись в Венеции (считая себя в душе скептиком и циником), это того, что в этот город можно влюбиться с первого взгляда. И хотя это уже не тот город, который увековечили средневековые живописцы, он заворожил меня, и я понимаю, что он будет манить меня неоднократно. Для того, чтобы почувствовать любой город, надо приехать в него несколько раз.

 

 

Первый приезд, как правило, это знакомство с главными достопримечательностями. Когда я попала в Венецию во второй раз, у меня была идея просто постараться почувствовать этот город. Оставив вещи в отеле, я медленно шла по узкой улочке, разглядывая витрины и сувенирные магазинчики. На ум приходили слова Иосифа Бродского «Местный воздух, которым вдоволь не надышаться…» и «Набережная неисцелимых», его большого эссе о Венеции, картины художников Беллини и Карпаччо, описание Венеции в романах Анри де Ренье и малеровское начало фильма «Смерть в Венеции» Висконти. Мои мысли путались, и мне казалось, что я знаю об этом городе все и не знаю ничего. Чем дольше я шла по улочкам и думала, что хочу посмотреть, тем длиннее становился список. Вот это, и еще вот это, ну и кладбище Сан-Микеле, где похоронены Бродский, Сергей Дягилев, Игорь Стравинский, надо обязательно посетить. Размышляя, я дошла до площади Сан-Марко – излюбленного места туристов и множества стай голубей. Я заняла столик в кафе и стала разглядывать толпы людей, которые пересекали площадь во всех направлениях. В воздухе царила невероятная атмосфера праздника. Был третий день карнавала, и среди тепло и удобно одетых туристов прохаживались люди в невероятно красивых нарядах и масках. Они останавливались, позволяли себя сфотографировать толпе туристов и медленно и важно шли дальше. Постоянные хозяева площади – голуби были вытеснены из центра и ютились по углам площади, туристы кормили их, привыкших и к толпам, и к шуму, и к наводнениям: ежедневно во время приливов площадь заполняется водой. Находчивые торговцы продают целлофановые пакеты с подошвами, которые можно закрепить на обуви, завязав тесемки под коленом, и благополучно пересечь площадь. Налюбовавшись видом нарядной толпы, я отправилась по заранее разработанному маршруту. Пересекла площадь и прошла вдоль самых значимых достопримечательностей города – собора Сан-Марко (IX-X вв), украшенного скульптурами, фресками и мозаиками, большая часть которых была вывезена из завоеванного крестоносцами Константинополя, дворца Дожей (XIV-XV вв) – вершины архитектурного изящества венецианского стиля (дож – верховный правитель Венецианской республики избирался пожизненно, поэтому обряды посвящения и венчания с морем ежегодно демонстрируются для туристов в дни празднества Festa della Sense) и отдельно стоящей кампанилы (колокольня) – самого высокого сооружения в городе, на которой великий Галилей установил свой первый телескоп.

Мой путь лежал в маленькое ателье, где мне предстояло выбрать наряд для бала, ради которого я и приехала в это замечательное, но самое туристическое время в Венеции. Чтобы совместить приятное (прогулку по городу) с полезным (посмотреть что-то новое, что не входит в первый список достопримечательностей), я направилась в сторону моста Риальто, одной из самых фотографируемых достопримечательностей Венеции. Конкретно этот мост был построен в XVI веке по проекту архитектора Антонио да Понте, сменив прежние деревянные конструкции. Он выполнен в виде элегантно изогнутой дуги с мраморными арками, до середины XIX века он оставался единственным связующим звеном между берегами Большого канала. В разные времена на этом месте строили мосты деревянные, но они гибли во время пожаров, а последняя версия и вовсе обрушилась в 1444 году под тяжестью толпы зевак, собравшихся посмотреть на жену маркиза Феррары. В связи в карнавалом на узких улицах были толпы людей. Их передвижение замедлялось и в связи с желанием сфотографировать нарядных прохожих, и ввиду того, что узкие улочки, построенные несколько веков назад, не были рассчитаны на тысячную толпу туристов. На некоторых улицах образовались настоящие пробки, полиция делала такие улицы односторонними, перераспределяя потоки, что, согласитесь, выглядит несколько необычно, когда речь идет о гуляющих туристах. Недалеко от моста находятся рынки – единственное место в Венеции, где местные жители могут закупить продукты: Пескария, где покупают свежую рыбу, и рынок Эрбирия – овощи и фрукты. На минуту я представила, как покупаю продукты и на гондоле еду домой готовить завтрак, – так захотелось почувствовать себя венецианкой. Недалеко от цели моего путешествия (ателье костюмов) находился Музей современного и восточного искусства Ка-Пезаро. Музей разместился в колоссальном барочном дворце, принадлежавшем графине Феличите Бевилакве, которая завещала устроить тут фонд для поддержки молодых неизвестных художников. Пожалуй, это один из самых непосещаемых музеев Венеции. Мое внимание он привлек из-за нескольких картин – Климта, Филиппа Малявина и раннего Шагала («Портрет старика-еврея»), испорченного самим автором в 1920-е годы, Кандинского, Миро, сюрреалистов Матта и Танги, а также любимого художника Муссолини Марио Сирони. Основа коллекции – закупленные в свое время хиты биеннале рубежа XIX-XX вв. огромные полотна тогда модных, а ныне полузабытых художников.

И наконец я достигла цели путешествия – небольшой комнаты, полностью забитой мужскими и женскими нарядами и аксессуарами. Перемерив гору платьев, корсетов, париков, шляп, накидок и масок, я была готова отправиться в обратный путь, предварительно договорившись об отправке моей одежды в отель. Наряд изменяет не только внешний вид человека (надо заметить, до неузнаваемости), но и манеру идти и говорить. Ощущение и во время примерки, и во время дальнейшей прогулки было праздничное и сюрреалистичное. Наличие маски на лице лишает природной застенчивости, и ты не ассоциируешь себя со своим собственным «я».

Отправляясь в обратный путь в своем новом наряде, я решила зайти в Санта-Мария-Глориоза-деи-Фрари – самое значительное в Венеции религиозное здание после собора Сан-Марко. Эта грандиозная готическая церковь, построенная монахами-францисканцами в середине XIII века, больше известна как Фрари («frati» – искаженное «братья»). Я любовалась с благоговением и восторгом знаменитой картиной Тициана – «Ассунта» («Вознесение Богоматери») над главным алтарем церкви, «Мадонной Пезаро» Пезаро в его семейной капелле, «Триптихом» и «Мадонной с младенцем» Джованни Беллини – я чувствовала себя в моем наряде современницей художников, полностью потеряв ощущение времени.

Добравшись до отеля, по дороге остановившись раз пятьдесят, чтобы дать возможность всем желающим сделать памятную фотографию меня, шествующую по улицам Венеции, я обнаружила, что до отплытия на бал (конечно, на гондоле – а как же еще можно отправиться на бал в Венеции?) осталось все полчаса. Приведя в порядок парик и мэкар, спрятав в маленькую сумочку помаду, блэкберри и фотоаппарат, я отправилась навстречу приключениям.

Мы плыли на гондоле по Большому каналу, рассматривая парадные фасады зданий. На первых этажах размещались товарные склады и лодочные причалы, а жилые помещения занимали верхние этажи. У каждого здания свой характер, акцент делался на самые разные формы архитектурных украшений, на разнообразие форматов и пропорций знаменитых венецианских окон. Как правило, это парные ажурные или расположенные в ряд стрельчатые готические арки с характерными узорами – четырехлистником, трилистником, позднеготической розеткой. Гондола проплыла по Большому каналу и доставила нас во дворец XVIII века Пизани-Моретта, украшенный фресками знаменитого венецианского живописца Джованни Баттиста Тьеполо. Интерьеры великолепного дворца, огни сотен свечей, волшебная атмосфера, ужин, составленный из самых известных блюд эпохи расцвета Венеции, певцы и музыканты, шедевры классической и современной музыки: кадриль и вальс, менуэт и рондо – словом,
это был самый настоящий бал в лучших традициях прошлых времен. Я ощущала себя Золушкой, попавшей на волшебный бал. Это был прекрасный день, и меньше всего хотелось, чтобы он заканчивался.

Наутро, выпив чашечку кофе на веранде с видом на канал, я решила отправиться на утреннюю прогулку на противоположный берег канала, на мыс, где находится церковь в стиле Возрождения Санта-Мария-делла-Салюте. Она была построена в 1631 году в честь Девы Марии, избавившей Венецию от эпидемии чумы. Был объявлен конкурс на лучший проект церкви, победителем которого стал Бальдассаре Лонгена. Церковь была названа Салюте, что на итальянском означает одновременно «здоровье» и «спасение». Главный портал Санта-Марии открывается только во время праздника в память об окончании эпидемии чумы. Чтобы перебраться на другой берег, я, как истинная венецианка, подошла к причалу, откуда отходят гондолы, предназначенные для местных жителей. Они перевозят людей на другой берег за 50 центов, при этом у истинных венецианцев не принято садиться, они проделывают этот 5-минутный путь стоя. Цена невероятно низкая, принимая во внимание то, что 30-минутная поездка на туристической гондоле стоит от 50 евро и более. Выйдя из гондолы, я стала бродить по узким и извилистым тротуарам – «капли». Они выходили к довольно большим площадям – «кампи», к небольшим площадям – «кампиэлли» или же к дворам с единственным входом – «корта».

Полюбовавшись видом церкви и побродив по улочкам, постоянно натыкаясь на антикварные магазинчики и сувенирные лавки, я добрела до музея Пегги Гуггенхайм (итал. Collezione Peggy Guggenheim) — небольшого музея в Палаццо-Веньер-дей-Леони (итал. Palazzo Venier dei Leoni). Когда-то Пегги жила в этом доме, а после смерти завещала свою коллекцию, в которую входит более 300 работ, городу. В музее выставлены работы Пикассо, Легера, Северини, Мондриана, Кандинского, Миро, Клее, Эрнста, Магритта, Дали и других художников. Коллекция настолько прекрасна, что я усомнилась в своей уверенности, что не люблю современное искусство. Может быть, мне просто нравится хорошая современная живопись? В саду музея находится могила Пегги и ее многочисленных любимых собачек.

Это был последний день карнавала, «жирный вторник», и вечером предстояли последний бал-маскарад, изысканный ужин в традициях «золотого века» республики Серениссима, сказочная атмосфера веселья, чуда и вседозволенности, которую дарит только карнавал. Весь вечер было ощущение, что машина времени перенесла меня в прошлое, и не верилось, что на дворе уже давно XXI век. И апофеоз – грандиозный фейерверк в честь завершения карнавала. У каждого Венеция своя. Для меня это город, который будет мне сниться и о котором я буду мечтать.

 

 

Leave a Reply