Соль и потеря слуха: почему привычка досаливать еду опаснее, чем кажется

Глухота на кончике ножа — вот примерно так звучит новая страшилка из мира диетологии и отоларингологии. Южнокорейские учёные, вооружившись британской базой данных UK Biobank, внезапно нашли неожиданный поворот: привычка щедро солить еду связана с риском потерять слух. И нет, речь не о том, что вы едите чипсы на концерте, а оркестр заглушает всё на свете. Тут дело серьёзнее — статистика почти полумиллиона человек, годы наблюдений и весьма красноречивые проценты.

Представьте себе картину: люди среднего возраста, 40–69 лет, сидят за столом. Кто-то аккуратно пробует блюдо и думает: «Ммм, нормально, так и оставлю». А кто-то автоматически тянется к солонке и превращает суп в миниатюрное Мёртвое море. Вот именно эти вторые в итоге с большей вероятностью приходят к сурдологу и жалуются: «А можно погромче?» Исследование показало, что у тех, кто всегда досаливает еду, риск потери слуха на 23% выше, чем у тех, кто держит солонку подальше.

Звучит дико? Ещё как. Мы привыкли, что соль ругают за давление, инфаркт, инсульт и всё такое. Но чтобы действовала на наши уши — вот этого мало кто ожидал. И это не байка из жёлтой прессы. Учёные изучали почти полмиллиона британцев больше десяти лет. За это время почти двадцать тысяч человек обзавелись медицинским диагнозом «потеря слуха». И у тех, кто был в дружбе с солонкой, этот сценарий случался заметно чаще.

Конечно, исследователи не могли просто ткнуть пальцем и сказать: «Ага, соль виновата». Они проверили всё: возраст, пол, социальный статус, спорт, курение, алкоголь, шумовую нагрузку, диабет, давление. Даже такие тонкие вещи, как уровень системного воспаления в крови. И вот что забавно: привычная история про «соль повышает давление — давление рушит сосуды — сосуды губят слух» тут не сыграла. Давление и жёсткость артерий в их моделях не стали ключевыми звеньями. Зато на сцену вышли воспалительные маркеры вроде C-реактивного белка. То есть соль, похоже, в первую очередь подбрасывает в топку системное воспаление, а оно уже тихо подгрызает уши.

Надо признать, в этом есть логика. Внутреннее ухо — штука тонкая, капризная. Малейшие перебои с кровоснабжением или лишняя волна воспаления могут испортить работу волосковых клеток, и тогда звуки перестают доходить до мозга в том виде, в каком должны. Результат: вы сидите на семейном ужине, и внезапно вам кажется, что все говорят как Чарли Браун — «уа-уа-уа».

Казалось бы, решение простое: убрать солонку. Но не всё так очевидно. Исследование фиксировало именно привычку досаливать еду, а не реальное количество натрия, которое человек получает. А ведь львиная доля соли спрятана не в супнице, а в хлебе, колбасе, сыре и прочих обработанных продуктах. То есть можно быть дисциплинированным и не досаливать макароны, но при этом съесть пиццу, где соли больше, чем в пяти ваших солонках вместе взятых. Поэтому вопрос остаётся: действительно ли сама привычка досаливать — маркер риска, или это лишь отражение в целом солёной диеты?

Здесь вступает в игру психология. Тянущаяся рука к солонке часто говорит о том, что человек вообще привык к яркому вкусу, к «побольше специй, побольше соли». Такой стиль питания нередко связан с более высоким потреблением готовых продуктов. А это значит, что соль из солонки лишь верхушка айсберга. Внизу спрятаны пельмени из супермаркета, соусы с натрием, чипсы и прочие радости.

Любопытно, что эффект оказался сильнее у мужчин, у более молодых участников исследования и у тех, кто не имел диабета или гипертонии. Вроде бы парадокс: у кого всё ещё относительно в порядке, те быстрее теряют слух от соли. Возможно, это потому, что у людей с уже явными болезнями факторов риска так много, что соль просто теряется на фоне. А у тех, кто пока «здоров», соль вдруг становится ярким штрихом.

Теперь давайте представим практику. Ушёл человек к врачу с жалобой: «Доктор, мне кажется, телевизор стал тише». А доктор смотрит на него и спрашивает: «Вы соль любите?» Звучит как анекдот, но кто знает, может через пару лет именно так и будет. ЛОР-врачам придётся изучать гастрономические привычки не хуже, чем терапевтам.

А вообще, история хороша тем, что она поднимает на поверхность простую мысль: уши — это не изолированная система. Мы привыкли думать, что потеря слуха — это либо возраст, либо наушники на полную громкость, либо работа на заводе у станка. Но нет, диета тоже играет роль. Тот же воспалительный фон, который портит сосуды, сердце, суставы, может испортить и слух. И это, пожалуй, самое неприятное открытие: еда влияет на наше восприятие мира не только через желудок или вес, но и через уши.

Кстати, кто-нибудь пробовал посчитать, сколько раз за день мы автоматически хватаемся за соль? Вот прямо подсчитать: утро — яичница, раз; обед — супчик, два; ужин — картошка, три. И всё это складывается в незаметную привычку. Возможно, именно такие мелочи и становятся теми самыми «тихими убийцами» слуха. Не рок-концерт, не стрельба в тире, а тихий щелчок крышечки солонки.

Можно возразить: а как же народы, которые традиционно едят солёную пищу? Японцы, например, с их мисо-супами и соевым соусом? Здесь ответ такой же, как и всегда в эпидемиологии: средние показатели могут скрывать индивидуальные особенности. Генетика, образ жизни, общая диета — всё это смягчает или усиливает эффект. Но факт остаётся фактом: в огромной выборке британцев связь нашлась, и довольно убедительная.

В этой истории есть и ирония. Мы десятилетиями слышали лозунг «меньше соли ради сердца». И многие отмахивались: мол, давление у меня нормальное, значит, могу солить. А теперь оказывается, что даже если сердце пока не жалуется, уши могут сказать своё «до свидания». Получается, соль — это универсальный маленький враг, который всегда найдёт, к чему придраться.

Так что следующий раз, когда рука потянется к солонке, можно вспомнить не только о давлении, но и о том, что где-то внутри уха есть хрупкие волосковые клетки, которым соль категорически не нравится. Может быть, эта мысль заставит остановиться. Или хотя бы досыпать не ложку, а на кончике ножа.

Конечно, полностью отказаться от соли невозможно и бессмысленно. Организму натрий нужен, вопрос только в количестве. Но смысл этой работы именно в том, что привычку «переусердствовать» стоит пересмотреть. Слух — штука ценная, особенно когда понимаешь, что мир без него становится не просто тихим, а странно обрезанным. Без смеха друзей, без любимой музыки, без звука моря. И уж точно без возможности вовремя услышать фразу: «Ты опять досаливаешь?»