История в куклах по мадам Тюссо

Анна-Мария родилась 1 декабря 1761 года в городе Страсбурге, во Франции. В роду ее отца – Йозефа Гроссхольца – мужчины были потомственными палачами. В мире немало профессий, обладатели которых стали кем-то вроде «неприкасаемых» – если воспользоваться терминологией кастового общества. Все понимают, что для функционирования социума необходимы ассенизаторы, палачи, патологоанатомы, гробокопатели, работники скотобоен и другие труженики пограничных профессий, ежедневные свидетели хрупкой грани между жизнью и смертью, переработчики отходов человеческой жизнедеятельности от войн и катастроф – до рождения и смерти. Но людей, выполняющих эту работу, общество не слишком жалует. Быть может, поэтому на официальном сайте музея мадам Тюссо не упоминается, кем были ее предки по отцовской линии. Впрочем, сам Йозеф Гроссхольц не пошел по фамильной стезе. «Он был солдатом, участвовал в Семилетней войне и погиб за два месяца до рождения дочери» – так, во всяком случае, утверждается на сайте музея.

Есть женщины, изменившие историю.
Есть история, обессмертившая имена женщин.
Анна-Мария Тюссо – женщина, оживившая историю

Есть и другие версии семейной истории. Перечислять их все у нас возможности нет, поэтому давайте сразу перенесемся в Швейцарию, куда мать Анны-Марии, госпожа Вальтер, отправилась вместе с малышкой-дочерью. В Берне дама поступила на место экономки к преуспевающему скульптору Филиппу Куртиусу. Доктор Куртиус, поначалу специализировавшийся на изготовлении анатомических моделей из воска для чисто медицинских целей, быстро смекнул, что гораздо выгоднее использовать этот материал для изготовления портретов и фигур. Дешевизна изделий из воска давала Куртиусу карт-бланш перед дорогостоящими скульптурами из бронзы и мрамора, фотографии еще не изобрели, так что вскоре его предприятие превратилось в процветающий бизнес. Особой популярностью Куртиус стал пользоваться после того, как начал регулярно поставлять ко двору портреты членов королевской семьи. Как это обычно бывает, статус человека, которому делает заказы сам король, стремительно взлетел, и к нашему скульптору выстроилась очередь придворных и знатных особ, жаждущих получить восковой портрет из его мастерской. Дела шли так хорошо, что в 1765 году Куртиус смог переехать в Париж, где приобрел дом и открыл свое ателье.

Малышка Анна-Мария просиживала в мастерской у «дяди Филиппа» – так она называла скульптора – целыми днями. Ее завораживало, как под его умелыми руками из бесформенной массы воска рождаются человеческие фигуры, лица. Анна-Мария очень хотела научиться дядиному ремеслу и вскоре стала на ходу осваивать азы работы, прилежно помогая Филиппу. Девочка оказалась весьма талантливой и трудолюбивой ученицей, к тому же скульптор нуждался в помощниках. Днями она трудилась как пчелка в мастерской, помогая дяде, а вечерами «развлекалась», вылепливая маленькие портреты многочисленных гостей скульптора – философов, поэтов, мыслителей, политиков. Как знак высокого доверия таланту ученицы Куртиус доверил ей снять посмертную маску мыслителя Жан-Жака Руссо.

Осенью 1776 года весь Париж пестрел афишами – «Театр восковых фигур знаменитого доктора Кюрте» (французская интерпретация фамилии). Выставка имела огромный успех: еще бы, перед зрителями как живые, в полный рост предстали Людовик XVI, герцог Орлеанский, поэт Мольер, сцены «Бал в Версале», «Смерть Клеопатры» и многое другое. Сам король, подогретый облетевшими город слухами, посетил галерею, пожаловав скульптору в знак восхищения мундир и орден для своей куклы.

За этой выставкой последовали другие, а в феврале 1777 года Филипп Куртиус получил заказ на бюст Вольтера, выполнение которого полностью поручил Марии. И был изумлен результатом: в своей первой самостоятельной работе 17-летняя девушка попыталась показать сложность и противоречивость личности философа. Когда по прошествии нескольких месяцев Вольтер умер, оказалось, что Куртиус и его ученица обладают единственной прижизненной маской знаменитого французского мыслителя. Народ толпами валил к витрине мастерской, в которой была выставлена работа.

Молва об уникальном даре Анны-Марии долетела до королевского двора. В 1779 она получила приглашение во дворец – учить сестру короля Елизавету искусству скульптуры. Последующие годы – вплоть до начала революции 1789 года – были в жизни простой девушки из народа Анны-Марии Гроссхольц самыми безмятежными: у нее были работа придворного скульптора, покровительство коронованных особ, общение с высокообразованными людьми…

Но грянула революция, и Мария, как служившая при дворе, а значит, и пособница роялистов, угодила за решетку. Только чудом она и ее сокамерница Жозефина Богарне (впоследствии – жена Наполеона Бонапарта) избежали гильотины. Их головы для удобства казни уже остригли наголо, но в самый последний момент кто-то остановил карающую руку революции – молодым женщинам даровали свободу.

Наверное, после этого свидания со смертью последующие события не казались Анне-Марии столь ужасающими. И все же мне трудно представить молодую 27-летнюю женщину, бредущую по свалке трупов, когда-то называемой кладбищем: вот она наклоняется и, задыхаясь от смрада и зловония, в груде полуразложившихся тел пытается отыскать знакомые лица, узнать черты милых ей людей – участников бесед и застолий в мастерской дяди Филиппа или завсегдатаев Версальского дворца. Делает слепки лиц жертв революции и террора, остригает их волосы…Что происходило в ее душе тогда – одному Богу известно.

Был ли это беспроигрышный маркетинговый ход или страх за свою жизнь, но Анна-Мария предложила сделать с натуры портреты революционеров – для истории, разумеется. Даже неподкупный Робеспьер дал согласие, за ним – Дантон и Демулен. А потом в ее дом пришли вооруженные военные. Уверенная, что в этот раз ей от смерти не уйти, Мария не сразу поняла, что ее только просят взять все необходимые для работы инструменты. В доме «друга народа» Марата она увидела уже остывшее тело героя в ванне, полной крови, затем ее глаза встретились взглядом с его убийцей – Шарлоттой Корде, сторонницей короля. Сняв маску с Марата, Анна-Мария вернулась домой, по памяти нарисовала портрет Корде. И тут ее осенила мысль: надо не просто делать скульптуры отдельных людей, пусть и выдающихся, – нужно реконструировать сцену убийства, воссоздать живую историю. А для этого необходимы и талант следователя-криминалиста, и воображение художника, и логика детектива. Трудно сказать, сыграло роль прошлое семьи отца либо предпринимательская жилка Марии, но парижские палачи давали ей возможность снимать маски со своих клиентов при жизни и остригать им волосы после казни. Моделями были то аристократы, то революционеры –
в какую бы сторону ни дул ветер истории, работы у палачей всегда было с избытком.

При новой власти «дела кукольные» опять пошли в гору – человеческое любопытство и тщеславие ведь не имеют политической окраски. Кто подсказал Марии делать маски знаменитых негодяев, воров, убийц и всякого сорта монстров, мы не знаем, но то, что это щекочет нервы, она поняла хорошо. И догадалась поставить производство на конвейер. Восковые куклы-подобия до сих пор собирают миллионы зрителей и хрустящих бумажек.

Однако вернемся в XVIII век. В 1794 году умер Куртиус, Анна-Мария приняла его дело и унаследовала всю коллекцию. А через год наконец вышла замуж. С инженером Франсуа Тюссо у нее родились двое сыновей (дочь умерла в возрасте 9 месяцев), но жизнь не складывалась. Франсуа оказался пьяницей и азартным игроком. Деньги он спускал гораздо быстрее, чем супруга зарабатывала, а зарабатывала она хорошо! Популярность Марии росла не по дням, а по часам. Ее снова приглашают во дворец – на этот раз бывшая сокамерница, а ныне императрица Жозефина заказывает скульптурное изображение головы Наполеона.

Восемь лет терпела мадам Тюссо непутевого мужа, а затем решилась: погрузила свою коллекцию восковых фигур на корабль, запаслась рекомендательным письмом к эдинбургскому палачу Джону Уильямсу от французских коллег и отправилась в Шотландию. Англия, Уэльс, Шотландия, Ирландия… Мадам Тюссо нравились жизнь бродячего артиста, бесконечные переезды и новые места, радовали успех и восторги зрителей. Ее восковые фигуры везде вызывали ажиотаж и собирали длинные очереди жаждущих зрелищ. Каждый новый сезон коллекция пополнялась новыми персонажами: Генрих VII, Мария Стюарт, Кромвель, Ричард Львиное Сердце, Вальтер Скотт, Горацио Нельсон… Подросшие сыновья стали помогать мадам Тюссо в семейном деле: Йозеф унаследовал ее талант костюмера, а младший Франсуа успешно вел финансовые дела.

В 1833 году очередную выставку восковых фигур посетила голубоглазая тринадцатилетняя девочка по имени Виктория. Мария Тюссо сделала прелестную головку с модели, а в 1837 году девочка стала королевой Викторией. К тому времени слава собрания мадам Тюссо вышла далеко за пределы острова. Молодой журналист Чарльз Диккенс писал о зрелище хвалебные статьи. Сыновья уговаривали мать прекратить кочевую цыганскую жизнь, осесть на месте – как-никак она уже далеко не молода, да и заработанных денег вполне хватит на дом в Лондоне.

Наконец, после 33 лет гастролей, исколесив Соединенное Королевство вдоль и поперек, мадам Тюссо обосновалась в доме на Бейкер-стрит и открыла постоянный музей своей коллекции. Было ей тогда 74 года. Умерла Анна-Мария Тюссо во сне 16 апреля 1850 года в возрасте 88 лет. В сонме созданных ею восковых фигур есть и невзрачная старушка в черном платье и шляпке – именно такой свой образ мадам Тюссо пожелала оставить для потомков.

Империя Тюссо живет и процветает, музеи ее имени открыты на всех континентах и исправно пополняются новыми экспонатами.

Размышляя об этой неординарной личности, я так и не смогла найти ответы на рой вопросов. Что двигало мадам Тюссо в ее работе-творчестве? Загадка жизни и смерти? Одержимость художника, спорящего с Творцом? Труд историка, несущего нам максимально доступную ему правду событий? Азарт репортера криминальной хроники? Или холодный расчет бизнес-леди – знатока человеческой психологии?

Leave a Reply