Следы неведомых культур на американской земле

В 1769 году Томас Джефферсон, будущий президент Соединенных Штатов, построил для себя в штате Вирджиния усадьбу в стиле итальянского классицизма и назвал её «Монтичелло», что по-итальянски означает «пригорок». (Кстати, усадьба эта изображена на обратной стороне пятицентовой монеты и много лет украшала собой двухдолларовую купюру.) Но речь пойдёт не об усадьбе, а о том, что благодаря ей обнаружил её хозяин.

Совершая утренние прогулки, 26-летний Джефферсон обратил внимание на странные холмы в своих новых владениях, как-то не очень похожие на естественные образования, и, заинтересовавшись, сделал предположение, что это насыпные курганы неизвестного пока назначения. Чтобы проверить свою догадку, он организовал раскопки, в которых лично принимал участие, и параллельно начал по крохам собирать сведения, связанные с данным явлением. Став третьим президентом страны (в 1801-м), он в тот же год опубликовал свои соображения относительно курганов на американской земле и продолжал интересоваться ими на протяжении многих лет, что в итоге вылилось в весьма основательный труд, известный как Notes of Virginia («Вирджинские заметки»).

Так что же показали организованные этим человеком раскопки? Вскрыв самый большой, ближайший к усадьбе холм, названный им Burial Mound («Могильный курган»), Томас Джефферсон записал следующее: «Он имел куполообразную форму и диаметр основания равный 13 метрам… На дне кургана я обнаружил кости, над ними – пару камней… Затем шёл толстый слой земли, над ним – слой костей, и так далее – четыре слоя костей… По моим предположениям, в кургане находилось до тысячи скелетов… Они лежали в полном беспорядке, словно на свалке: вертикально, наклонно, по диагонали… Все перепутано и перемешано и удерживалось вместе лишь землёй… Судя по всему, люди собирали останки умерших сородичей и сносили их в определённое время в одно место».

Получается, что Burial Mound это не обязательно курган над гробницей какой-нибудь почитавшейся персоны древности и не захоронение, в нашем понимании, а засыпанные землёй свалки человеческих останков. (Быть может, не сородичей даже, а пленных?)

Известный немецкий популяризатор археологии К.В.Керам в своей книге «Первый американец. Загадка индейцев доколумбовой эпохи» отдаёт должное Джефферсону, ставя его в число основоположников североамериканской археологии, впервые применивших и озвучивших метод стратиграфии (это когда по наслоениям остатков древних культур составляют хронологию их развития).

С той поры и начали «новые американцы» уже более внимательно присматриваться к тому, что их окружало и что у них под ногами. Земляные сооружения обнаруживались в срединной Америке повсюду, включая частные плантации и фермы, не десятками, не сотнями, а тысячами! Они были разбросаны вокруг Великих озёр, в бассейнах рек Огайо и Миссисипи – на территории штатов Вирджиния, Висконсин, Огайо, Иллинойс, Южная Дакота, Миннесота. В Висконсине, к примеру, было найдено 483 штуки, а в Миннесоте – около 10 000. Большие насыпные холмы различных размеров, высоты и формы, возвышающиеся над ровной местностью, с лёгкой руки Джефферсона так и стали называть mounds (маундами).

Вот уже более полутора веков воображение американских учёных и просто людей пытливых, от рядовых граждан до глав правительств, будоражат эти загадочные маунды. Волновали они и 9-го президента Уильяма Генри Гаррисона, пытавшегося разгадать, кем были их создатели, куда и почему так бесследно исчезли. Гаррисон тоже оставил после себя почти научный труд: Discource on the aborigines of the Valley of the Ohio («Рассуждение об аборигенах долины Огайо»).

 

За давностью лет таинственные маунды утратили чёткость очертаний, частично разрушились, заросли кустарниками и деревьями, так что теперь их вполне можно принять за неровности ландшафта. Многие из них по неведению сравняли с землёй, застроили, «затоптали». В тех случаях, когда догадывались с чем имеют дело, варварски вскрывали и грабили, изрыв ходами вдоль и поперёк.

А в Ньюарке (Огайо) на плоской вершине тысячелетнего восьмигранного маунда современные американцы устроили площадку для игры в гольф. Удивляться не приходится. Для жителей Огайо маунды не являются чем-то особенным. Они живут среди них. А некоторые – прямо на них, используя их идеально выровненные поверхности под фермерские хозяйства.

Основное отличие американских маундов от общеизвестных могильников в форме курганов в том, что назначение их не ограничивается захоронениями. В частности, выявлено три типа земляных сооружений Северной Америки: Burial Mounds, Tempel-Mounds и Effigy Mounds.

С Burial Mounds мы вроде бы уже разобрались – независимо от величины, для них характерны округлые или конусообразные вершины.

 

Tempel-Mounds – это геометрически правильные «храмовые» холмы с плоскими (усечёнными) вершинами, служившие базами-постаментами для храмов и жилищ привилегированных членов общины. Они ещё более многочисленны, чем Burial. Точно так же, как на плоских вершинах каменных пирамид майя в Центральной Америке, на земляных маундах Северной возводились храмы, только не каменные, а деревянные, под высокой соломенной крышей.

И совсем уж особняком стоят не имеющие в мире аналогов Effigy Mounds – уникальные фигурные маунды. Они объёмно воспроизводят очертания различных животных: распластанных на земле орлов, черепах, медведей, лис, лосей, бизонов и даже людей, воспринять которые можно только с высоты птичьего полёта.

На сегодняшний день на территории США найдено 24 маунда в форме птиц, 11 в форме оленей, 16 в форме кролика, 20 в форме медведей и т.д. Одна такая группа фигурных холмов – «Лавер Деллс» – находится в Висконсине, в Саук Сити. Размах крыльев нижней из трёх земляных птиц – 73 метра. А в графстве Адамс (штата Огайо) разлёгся на высоком берегу маленькой речки Ohio Brush Creek «Большой змеиный маунд» (The Great Serpent Mound) длиной 440 метров: пластичные петли гигантской земляной змеи с хвостом, закрученным спиралью, и открытой пастью. Всё плато, на котором он находится, получило название плато кратера Серпент-Маунд. Радиоуглеродный анализ определил, что «змей» был сооружён около 1050 года н. э.

Цель создания фигурных маундов не поддаётся ни пониманию, ни объяснению. Вроде бы ответ на поверхности – религиозно-церемониальная, какая же ещё? Но на ум невольно приходят другие гигантские изображения животных, птиц, насекомых и геометрических фигур на перуанском плато Наска. Два связанных между собой материка. Два неизвестных народа, возможно, жившие в одно и то же время. По крайней мере в их ментальности наверняка было что-то общее – тяга к гигантизму, например. Но даже эти аналогии мало что объясняют. Ведь и назначение многокилометровых геоглифов Наска до сих пор не выяснено. Предполагают, что и там, и там имела место некая таинственная связь с космосом.

Есть ещё и четвёртый тип маундов, так сказать, оборонительный – в виде многокилометровых насыпей-валов, по-видимому, возводившихся для защиты от набегов врагов. Древний «Форт Эйншент» в Огайо – один из них. Он представляет собой земляной вал длиной около 5,5 км и высотой от 2 до 6 м.

Определить возраст маундов – задача не из лёгких. По одним данным, их впервые начали возводить около трёх тысяч лет назад. По другим – где-то с VII века до н.э. У строителей маундов не было ни письменности, ни каменной архитектуры, способных оставить ощутимый след в истории. Возможно, поэтому они на столетия канули в Лету – до тех пор, пока содержимое обнаруженных и вскрытых курганов не рассказало об уровне их культуры и о самом факте их существования, дотоле неизвестном.

Переселенцы из Старого Света интенсивно скупали земли, застраивали их. Те, что побогаче, отхватывали огромные территории, устраивая на них парки, плантации, фермерские хозяйства, шикарные поля для гольфа. Естественно, что в первую очередь именно они и обратили внимание на странные возвышения, оказавшиеся на их земле. Любопытство, а возможно, и жажда наживы заставляли их организовывать раскопки на собственные средства. Так и пошло, что названия маундам, а затем и связанным с ними культурным традициям древних начали давать по имени хозяина земли или его усадьбы.

В частности, некто Т. Уортингтон, крупный землевладелец и губернатор штата Огайо, обнаружил очередной маунд на территории своего нового поместья «Аден» – странное симметричное возвышение, слишком симметричное, чтобы принять его просто за холм. После проведённых раскопок и археологических исследований этот маунд был признан одним из самых значительных, самых древних и самых крупных могильников Северной Америки. Соответственно, все остальные маунды того же периода и сам период их сооружений (II в. до н. э. – V в. н. э.) получили название «Аденской традиции». (До статуса «культуры» он, видимо, не дотянул.)

«Традиция», пришедшая на смену «аденской» (хотя никому доподлинно не известно, кто, когда и куда уходил) и якобы просуществовавшая до Х века, получила название «Хоупвеллская» – по имени фермера Хоупвелла, на землях которого был обнаружен очередной могильный курган с богатым захоронением.

В могильниках этого периода, зачастую выложенных плетёными циновками, слюдой или камнем, находят огромное количество великолепно выполненных изделий декоративно-прикладного, бытового и церемониального назначения, гончарную посуду,  медные и слюдяные фигуры, наконечники стрел, каменные курительные трубки, костяные и деревянные украшения с замысловатым орнаментом. Умельцы тех лет, помимо камня, меди и серебра, использовали для своих поделок и необычные, в понятиях археологии, материалы – такие, как пресноводный жемчуг, слюду, зубы акулы и медведя гризли и даже человеческую кость (скажем, маска, вырезанная из черепа).

Следующую условно-гипотетическую «традицию», основанную всё на тех же маундах, только более позднего периода (с VIII века и до появления на континенте европейцев), стали называть Mississippian Tradition – по месту их расположения в бассейне великой американской реки Миссисипи. «Традиция Миссисипи», как принято считать, переняла, продолжила и развила наследие своих предшественников, добавив к нему ритуальные обряды погребения, совершавшиеся на вершине маунда, и, возможно, человеческие жертвоприношения. К ней относят практически все индейские племена, существующие по сей день. (Во что, честно говоря, не очень верится.)

С этим периодом связывают комплекс маундов некогда процветавшего города-государства Cahokia, находящийся на юге Иллинойса, по соседству с современным Сент-Луисом. Здесь, на равнинных берегах Миссисипи, сгруппировалось поистине грандиозное скопление маундов – 120 насыпных холмов на площади в 6,5 квадратных километров.   

 

Маунды Кахокии по очертаниям похожи на пирамиды Мексики – усечённые конусы с плоской вершиной и квадратным или прямоугольным основанием. Когда-то к их верхним площадкам вели лестницы с высокими ступенями или наклонные дороги. Вся территория Кахокии была обнесена деревянным частоколом пятиметровой высоты.

Над городом-поселением возвышался самый большой «храмовый маунд» со святилищем – Monks mound. Он имел форму прямоугольной четырёхступенчатой пирамиды с основанием 350 x 210 метров, и был 30 метров в высоту (к настоящему времени сохранились только две ступени). Для его сооружения было использовано около 25 миллионов кубометров земли.

Вокруг Monks располагались Tempel-Mounds поменьше и пониже, на них находились дома состоятельных горожан. В одном из Burial Mounds Кахокии были обнаружены останки местного «вельможи», покоившегося на ложе из 12 000 жемчужин и ракушек. Провожая его в последний путь, сородичи уложили в курган бесчисленные дары: идеально отполированные камни, медные мемориальные доски, золотые украшения, грубовато выполненные керамические фигурки, наконечники стрел, каменные топоры. А заодно и шестерых «попутчиков» мужского пола, скорее всего, слуг. Неподалёку от основной могилы в общей яме были сложены скелеты 53 женщин с отрубленными головами и кистями рук – возможно, гарем хозяина, насильственно или добровольно последовавший за ним в мир иной.

Вся территория Кахокии вместе с музеем, где собраны предметы, добытые при раскопках, ныне является Национальным историческим парком. В 2008 году ЮНЕСКО объявила парк всемирным достоянием.

Археологические раскопки показали, что уровень жизни и культуры в этом городе-государстве был достаточно высок, а число жителей доходило до 20–30 тысяч. Учёные считают, что Кахокия с доминирующим над ней Monks mound – не только крупнейшее поселение среди известных сегодня доколумбовых культур Северной Америки, но и самое масштабное творение древности во всём мире.

Делая скидку на страсть американцев во всём, что с ними так или иначе связано, отыскивать «самое-самое», с этим нельзя хотя бы частично не согласиться. Поскольку при полном отсутствии техники труд был затрачен поистине титанический. Невозможно даже понять, как и чем неведомые строители разрыхляли землю для сооружения маундов. У них не было ни экскаватора, ни телеги, ни даже элементарной лопаты. Доподлинно известно лишь то, что землю на насыпь носили в виртуозно сплетённых корзинах денно и нощно тысячи людей. Корзины эти были необычайно прочными и плотными, не пропускавшими даже воду. В таких же корзинах готовили жидкую горячую пищу (с помощью раскалённых углей, брошенных внутрь). За столь уникальное искусство плетения древних жителей Северной Америки иногда называют «корзинщиками» (basketmakers).

Кстати, видимо, не случайно крупнейший производитель плетёных корзин ручной работы, компания LongabergerBasket, построила в Ньюарке (Огайо) своё офисное здание, мягко говоря, весьма нетрадиционного вида. Только представьте: посреди ровной, как стол, долины стоит нечто, не поддающееся логике, как застывший кадр из сна или детской сказки – гигантское плетёное лукошко охристого цвета с поднятыми вверх массивными ручками на заклёпках. «Лукошко» это – на самом деле 8-этажный, а если с толстым ободом-крышей, то и 10-этажный дом (не считая ручек, высотой в 5 этажей и весом 150 тонн). Его окна органично вписались в просветы между плетениями. В центре, на верхнем ободке, белый товарный знак фирмы: «Longaberger», а гигантские ручки снабжены подогревом, чтобы не обледеневали зимой.

Автор экстравагантной затеи – сам хозяин фирмы Dave Longaberger. Коллеги и друзья пытались отговорить оригинала, но он настоял на своём. Строительство длилось два года и обошлось компании в $30 миллионов. Модерновое здание-корзина стало основной (после маундов, разумеется) достопримечательностью города и штата.

Здесь, в штате Огайо, находится ещё один комплекс из 23 земляных холмов –Mound City Group. National Monumen. В основании его могильников были обнаружены остатки склепов, сожжённых вместе с похороненными. В годы Первой мировой войны курганы были практически срыты, а на их месте разбит военный тренировочный лагерь Кэмп-Шерман. С окончанием войны лагерь демонтировали, а курганный комплекс восстановили, объявив его Национальным историческим парком хоупвеллской культуры (Hopewell Culture National Historical Park). Под некоторыми маундами этого комплекса по сей день ведутся раскопки. Так, из «Маунда курительных трубок» было извлечено более 200 каменных курительных трубок в виде изображений зверей, птиц и людей, выполненных вполне реалистично и с большим мастерством.

Эфраим Джордж Скуайер (Ephraim George Squier), американский дипломат, антрополог и археолог, исследователь доколумбовых культур Нового Света, принял непосредственное участие в серии раскопок и картографирования Mound City Group. Он же нашёл, раскопал и сделал национальным достоянием «Большой змеиный маунд».

В 1848 году Скуайер выпустил книгу «Монументы долины Миссисипи» (Monuments of the Mississippi Valley), в которой впервые было проведено научное исследование культурных традиций строителей маундов. С публикацией этого труда Смитсонианским институтом археология США автоматически обрела статус науки. Выходит, что именно маунды послужили толчком и стимулом для более пристального изучения истории доколумбовой и даже «доиндейской» Северной Америки её новыми хозяевами.