Венецианский кинофестиваль 2026: кино, политика и три с половиной часа «ДАУ»
Венецианский кинофестиваль давно напоминает очень красивую аристократическую вечеринку, на которой под вечер обязательно начинают спорить о политике, морали и судьбах человечества. В 2026 году всё получилось именно так: красные дорожки, Джордж Клуни, Пенелопа Крус, Хавьер Бардем, Роберт Паттинсон и Джон Малкович соседствовали с фильмами о Газе, сталинизме, классовом неравенстве и психиатрии. А одним из главных героев фестиваля неожиданно стал Илья Хржановский со своим почти легендарным «ДАУ».
83-й Венецианский международный кинофестиваль проходил на острове Лидо со 2 по 12 сентября. В основном конкурсе участвовал 21 фильм, а председателем жюри стала американская актриса и режиссёр Мэгги Джилленхол. Вместе с ней победителей выбирали Каутер Бен Хания, Дэниел Блумберг, Франческо Казетти, Ксавье Джанноли, Шахрбану Садат и гонконгский режиссёр Джонни То.
Открыл фестиваль Дэнни Бойл фильмом «Чернила» с Джеком О’Коннеллом, Гаем Пирсом и Клэр Фой. Картина рассказывает о превращении британской газеты The Sun в медиамашину Руперта Мёрдока на рубеже 1960–1970-х годов, то есть о времени, когда алгоритмов социальных сетей ещё не существовало, а превращать новости в эмоциональный аттракцион уже прекрасно умели. Для британской публики тема особенно узнаваема: современная массовая пресса во многом родилась именно там.
Программа вообще выглядела так, словно организаторы решили собрать максимум режиссёрских тяжеловесов на одном небольшом острове. Вернер Херцог привёз «Бакинг Фастард» с Кейт и Руни Мара, Орландо Блумом и Доналом Глисоном. Мартин Макдона показал «Дикую лошадь девять» с Джоном Малковичем, Сэмом Рокуэллом, Стивом Бушеми и Томом Уэйтсом, Хирокадзу Корээда — «Оглянись», Нанни Моретти — «Это случится сегодня вечером», а Флориан Зеллер собрал для «Бункера» Пенелопу Крус, Хавьера Бардема, Стивена Грэма и Пола Дано.
В конкурсе был и Роберт Паттинсон — в картине Лэнса Оппенхайма «Прайм-тайм». Кейси Аффлек представил режиссёрскую работу «Компания», а Андреа Паллаоро — «Эхо-камеру» с Лукой Маринелли, Алисией Викандер и Сьюзен Сарандон. Одним словом, красной дорожке регулярно приходилось работать сверхурочно.
Однако «Золотой лев» достался вовсе не самому громкому голливудскому имени. Главную награду получила датско-египетская режиссёр Май эль-Тухи за «Неизвестную женщину» — психологическую драму, действие которой происходит в послевоенной Дании. В центре истории находится молодая женщина с прошлым, которое становится особенно опасным в обществе, где женщин, имевших отношения с немецкими солдатами, публично унижали и объявляли предательницами.
Фильм оказался двойным победителем. Матильда Арсель, сыгравшая главную роль, получила Кубок Вольпи как лучшая актриса. Получился довольно эффектный результат: мало того что сравнительно неброская датская картина обошла куда более звёздных соперников, она ещё и забрала одну из двух главных актёрских наград.
Большой приз жюри, то есть второго по значимости «Серебряного льва», получил южнокорейский режиссёр Ли Чхан Дон за «Возможную любовь». Он вернулся к полнометражному кино после восьмилетнего перерыва и снял историю двух пар из совершенно разных социальных миров. Здесь богатые художники интересуются жизнью рабочего класса, но постепенно становится не совсем понятно, где заканчивается сочувствие и начинается использование чужой жизни в качестве удобного художественного материала.
Джон Малкович получил Кубок Вольпи за лучшую мужскую роль в «Дикой лошади девять» Мартина Макдоны. В фильме также появились Сэм Рокуэлл, Стив Бушеми, Паркер Поузи и Том Уэйтс — состав, при котором зритель имеет право ожидать как минимум нескольких очень неприятных людей с великолепными диалогами. Макдона, судя по всему, решил этому ожиданию не сопротивляться.
Приз за лучший сценарий получили Стефан Бризе, Корали Амедео и Оливье Горс за французского «Хорошего маленького солдата». Премию Марчелло Мастроянни молодому актёру или актрисе получила Малу Хебизи за фильм Седрика Кана «15/18: Место для исцеления», действие которого разворачивается вокруг подросткового психиатрического учреждения. Получилась Венеция, где семейные травмы, классовые конфликты и психическое здоровье явно интересовали кинематографистов больше, чем супергерои.
Но, пожалуй, самый необычный «Серебряный лев» фестиваля отправился Илье Хржановскому. Он получил награду за лучшую режиссуру за «ДАУ» — фильм, которого кинематографический мир ждал столько лет, что некоторые зрители успели практически забыть, с чего всё начиналось. Венецианская версия длится 195 минут, причём организаторы предусмотрели ещё и 15-минутный антракт: в данном случае это уже не просто просмотр фильма, а небольшое жизненное обязательство.
Проект «ДАУ» начинался как биографический фильм о великом советском физике Льве Ландау, лауреате Нобелевской премии 1962 года. Съёмки проходили главным образом в Харькове в 2008–2011 годах, но довольно быстро обычное кино превратилось в гигантский социально-художественный эксперимент. Для проекта построили огромный закрытый советский институт, участники жили там в костюмах эпохи, пользовались советскими деньгами и существовали внутри тщательно реконструированной реальности.
Масштаб до сих пор выглядит довольно неправдоподобно. В различных частях проекта участвовали сотни исполнителей и тысячи статистов, а отснятого материала накопились сотни часов. Из него уже выходили отдельные фильмы, некоторые показывали на Берлинском фестивале в 2020 году, но нынешний «ДАУ» Хржановский называет центральным фильмом всей конструкции — тем самым произведением о Ландау, из которого когда-то и вырос этот грандиозный эксперимент.
Ландау играет дирижёр Теодор Курентзис. Физик здесь предстаёт не памятником советской науке, а человеком крайне противоречивым: блестящий ум, сложные отношения с женщинами, конфликт с государством и мучительные компромиссы вокруг работы советских физиков над атомным оружием. В результате научная биография превращается в историю о том, насколько далеко человек готов отступить от собственных убеждений, когда напротив него находится система, способная очень убедительно объяснить отсутствие альтернатив.
Критики приняли фильм крайне полярно, что для «ДАУ» уже почти часть фирменного стиля. The Guardian, например, поставила ему максимальные пять звёзд, но сам проект многие годы сопровождают обвинения в психологическом давлении и нарушении этических границ во время съёмок. На фестивале появились и протесты против включения картины в программу.
К этому добавилась политика. Украинские власти критиковали появление «ДАУ» в Венеции, а отдельным предметом спора стало участие Курентзиса, который продолжает работать в России и публично не осудил российское вторжение в Украину. Хржановский, живущий в Германии и отказавшийся от российского гражданства, заявил, что считает ответственность личным выбором каждого человека и одновременно говорил о своей поддержке Украины.
Совсем иной политический взрыв произвёл документальный фильм «НАЗА» Юваля Абрахама и Рэйчел Зор. Картина исследует использование Израилем технологий и искусственного интеллекта при выборе целей в Газе и получила специальный приз жюри. Её включили в основной конкурс буквально последним дополнением к программе, но в итоге она стала одним из самых обсуждаемых фильмов фестиваля и получила чрезвычайно продолжительную овацию.
Венеция не ограничилась конкурсом фильмов. «Золотых львов» за вклад в кинематограф получили сразу две большие фигуры — Джордж Клуни и Эллен Бёрстин. Клуни наградили в вечер открытия, а Бёрстин — во время показа короткометражного фильма Мэгги Джилленхол «Воздействие плоти», посвящённого Мэрилин Монро к столетию со дня её рождения.
Лука Гуаданьино получил специальную награду Cartier Glory to the Filmmaker и заодно продемонстрировал, что три с половиной часа Хржановского — ещё вполне умеренный хронометраж. Его документальный фильм «Радость жизни» о Бернардо Бертолуччи длится 435 минут, то есть семь часов и пятнадцать минут. Рядом с этим «ДАУ» начинает выглядеть почти как лёгкая вечерняя комедия.
Даже публика в этом году получила собственный способ высказаться. На Лидо снова работала знаменитая стена «Верните нам деньги», куда зрители прикрепляют короткие, зачастую совершенно беспощадные отзывы. Там доставалось и Дэнни Бойлу, и Полу Шредеру, и Хржановскому, причём фестивальное благоговение перед великим искусством заканчивалось примерно в двух метрах от кинотеатра.
Венецианский фестиваль давно существует не только внутри кинозалов. В 2026 году параллельно с ним прошла первая программа Liberatum Art & Cinema, приуроченная к 25-летию международной культурной организации Liberatum. 6–7 сентября она собрала в Венеции художников, режиссёров и других представителей культуры, а центральным событием стало вручение Pioneer Awards — наград людям, которые, по формулировке организаторов, расширили границы своих профессий и не боялись заниматься темами, от которых индустрия нередко предпочитает держаться подальше.
В этом году награды получили сразу три очень разных человека: сербская художница-перформансист Марина Абрамович, американский режиссёр Ли Дэниелс и ливанская режиссёр Надин Лабаки. Абрамович отметили за превращение собственного тела, времени и физического риска в художественный язык; Дэниелса — за фильмы и сериалы о расе, семье, сексуальности и травме, которые долго считались слишком неудобными для массовой аудитории; Лабаки — за кино о бедности, миграции и конфликтах на Ближнем Востоке, включая «Капернаум». Любопытная деталь: в 2024 году такой же Pioneer Award получила Эллен Бёрстин, а два года спустя уже сам Венецианский фестиваль наградил её «Золотым львом» за вклад в кинематограф.
Сами награды 2026 года тоже оказались отдельным художественным объектом. Их создала британо-российская художница Светлана K-Liée, работающая со скульптурой, фарфором, бронзой, керамикой и графикой. Она окончила магистратуру по рисунку в University of the Arts London, работала в резиденциях Императорского фарфорового завода в Санкт-Петербурге, Cité Internationale des Arts в Париже и Taoxichuan в китайском Цзиндэчжэне. Получается довольно символично: фестивальная награда, посвящённая художественному новаторству, сама стала произведением художника с международной биографией.
В итоге Венеция-2026 оказалась интересной именно отсутствием очевидного общего знаменателя. Здесь были огромные звёзды, семичасовые документальные фильмы, политические скандалы, камерные европейские драмы и трёхчасовой советский эксперимент, снимавшийся пятнадцать лет назад. «Золотого льва» увезла Май эль-Тухи, Малкович получил актёрский приз, а Илья Хржановский наконец получил за «ДАУ» одну из важнейших режиссёрских наград мирового кино.
Возможно, именно так и должен выглядеть хороший кинофестиваль. Когда после одиннадцати дней никто окончательно не договорился, что считать великим кино, что считать провокацией и где проходит граница между искусством и экспериментом, значит, фильмы хотя бы заставили людей спорить. Для Венеции это гораздо полезнее ещё одной идеально организованной красной дорожки.
