The Delusion: игра, в которую мы уже давно играем
Если вы когда-нибудь мечтали попасть в компьютерную игру, но без необходимости сражаться с орками или прокачивать уровень, то вам срочно в Serpentine North. Там до января идёт выставка, которая скорее напоминает цифровой ритуал коллективного безумия. Называется она громко и многозначительно — THE DELUSION, и, кажется, сама прекрасно осознаёт свою иронию. Её автор — британская художница и гейм-дизайнер Даниэль Брэтвэйт-Ширли, человек, который превращает социальные конфликты и онлайн-драмы в искусство с кнопками, звуками и вспышками света. Это не просто выставка — это иммерсивная, шумная, слегка хаотичная попытка заставить нас взглянуть на реальность сквозь экран, а потом, возможно, выключить этот экран и наконец поговорить друг с другом.
С первых минут ты понимаешь, что привычная музейная логика тут не работает. Нет белых стен с табличками, нет тихих залов, где люди шепчут «интересно, что хотел сказать автор». Тут всё гудит, моргает, дёргается, разговаривает. THE DELUSION больше похожа на футуристическую аркаду, где каждое движение — это выбор, а каждый выбор что-то меняет. Или не меняет. В этом, собственно, и заключается «заблуждение» — мы уверены, что контролируем процесс, хотя на деле управляет нами сама система. Привет, метафора современного мира.
Центральная идея проекта — исследовать, как люди взаимодействуют в эпоху цифрового распада. Брэтвэйт-Ширли называет это «Днём разделения» — вымышленным катастрофическим моментом, после которого общество распалось на группы, каждая уверена, что только она знает истину. Если вам кажется, что это звучит подозрительно похоже на ленту в соцсетях, вы не ошибаетесь. THE DELUSION заставляет игроков — простите, зрителей — принять участие в этом цифровом апокалипсисе. Только вместо комментариев и лайков — реальные действия, дискуссии, решения, которые надо принимать вместе с другими. Кто виноват, кого слушать, кого заблокировать — но уже без экрана и анонимности.
Технически всё это реализовано как смесь видеоигры, театра участия и группового эксперимента. Есть, например, сегмент под названием The Unifier — где участники кладут руки на стол и управляют шариком в лабиринте, обсуждая, что в обществе допустимо, а что должно быть запрещено. Простая механика, но эффект потрясающий: незнакомые люди, оказавшиеся рядом случайно, вынуждены договариваться. И чем больше они стараются убедить друг друга, тем очевиднее становится, что речь не о шарике, а о том, как мы в принципе принимаем коллективные решения. Кто ведёт? Кто подчиняется? И где проходит граница между компромиссом и самоцензурой?
Брэтвэйт-Ширли любит играть на грани между сатирой и философией. Её цифровые миры полны монстров, абстрактных существ, фрагментированных голосов, и всё это одновременно и пугает, и смешит. В THE DELUSION появляются персонажи, застрявшие в бесконечных «delusion loops» — петлях заблуждений, где они переживают одни и те же эмоции: страх, надежду, ненависть. Каждая петля — это метафора нашей эмоциональной зависимости от онлайн-реакций. Кто из нас не попадал в цикл «прочитал комментарий, взбесился, ответил, пожалел, вернулся, прочитал ответ»? Здесь эти реакции материализуются, превращаясь в визуальный и звуковой кошмар, от которого невозможно оторваться.
Но, вопреки ожиданиям, THE DELUSION не про технофобию. Это не морализаторская история о том, что «цифровое зло, а разговор по душам — спасение». Наоборот, Даниэль предлагает не бежать от технологий, а признать, что они уже часть нас. Она не противопоставляет онлайн и оффлайн — она смешивает их в единый поток, где мемы, эмоции и реальные поступки имеют одинаковый вес. По сути, это выставка о том, как интернет научил нас быть людьми — иногда ужасно, иногда гениально, но всегда громко.
Художница не новичок в подобном формате. Её предыдущие проекты исследовали память, идентичность и архивирование историй чернокожих транс-сообществ. Она создаёт цифровые архивы, где прошлое переплетается с вымышленными сценариями, а персонажи разговаривают голосами тех, кого история часто игнорировала. В THE DELUSION эта логика доведена до предела — реальность и вымысел сталкиваются лоб в лоб, и грань между ними стирается. В какой-то момент ты начинаешь сомневаться, где заканчивается игра и начинается твоя собственная реальность.
Визуально выставка — это неон, дым, странные звуки, ощущение постоянного перехода из сна в кошмар и обратно. Пространство Серпентайн Север превращено в нечто вроде цифрового храма — с зонами, где можно взаимодействовать, спорить, наблюдать или просто растерянно стоять, пытаясь понять, как сюда попал. В одном углу — гигантский экран с движущимися фигурами, напоминающими аватары из старых видеоигр. В другом — темная комната, где всплывают фразы вроде «Кому ты веришь?» или «Кто ты без алгоритма?». Ответы, естественно, никто не даёт.
Интересно, что проект построен не только на вовлечении зрителей, но и на их готовности к диалогу. Если ты пришёл просто «посмотреть», эффект будет слабее. Но если решишь участвовать — обсуждать, выбирать, спорить — тогда выставка оживает. Некоторые рецензенты жалуются, что это слишком требовательно: мол, не каждый посетитель музея хочет играть. Но, по сути, в этом и смысл — искусство, которое требует от тебя действий, а не просто наблюдения. Никакого пассивного созерцания. Хочешь понять — включайся.
С точки зрения критиков, THE DELUSION вызвал бурные реакции. Кто-то восторженно называет это прорывом: наконец-то галерея, где можно не только смотреть, но и участвовать. Другие видят в этом очередную попытку «геймифицировать» искусство ради модного эффекта. Обзор в The Guardian, например, сдержан: там пишут, что проект страдает от собственной амбициозности и иногда теряется в абстракции. Но даже критики признают — он задаёт важные вопросы. Что происходит, когда мы превращаем мораль в игру? И можем ли мы вообще отделить серьёзное от игрового в эпоху, где всё превращается в контент?
Любопытно, что сам Серпентайн в последние годы стал площадкой для таких экспериментов. После архитектурных павильонов, уличных перформансов и AI-проектов теперь настала очередь «социальных симуляторов». THE DELUSION идеально вписывается в эту тенденцию — музей как пространство не только для созерцания, но и для взаимодействия, где зритель становится соавтором. Куратор Тамар Кларк-Браун описывает выставку как «кооперативный опыт между художником и обществом». Это звучит пафосно, но в контексте работы Даниэль — вполне честно. Она действительно строит целые миры, где искусство не рассказывает, а заставляет прожить.
Самое забавное — в том, что THE DELUSION при всей своей технологичности неожиданно человечен. Она предлагает не убежать от цифрового хаоса, а присмотреться к нему. Мы создаём бесконечные потоки мнений, фракций, блокировок, но в основе — всё та же старая драма: желание быть понятыми и страх быть отвергнутыми. Брэтвэйт-Ширли лишь добавляет этому новую форму. В одном из залов звучит голос: «Ты веришь, что свободен, пока выбираешь». И в этот момент начинаешь понимать, что выставка — не столько о будущем, сколько о настоящем.
А ещё в этом проекте много юмора. Да, странного, иногда чёрного, но всё же юмора. Например, один из персонажей игры уверенно заявляет: «Я удалил всех, кто со мной не согласен, и теперь у меня идеальный мир». Смешно, пока не понимаешь, что слышишь отголоски знакомых фраз из реальной жизни. Или когда участникам предлагают «наказать» вымышленного пользователя, который «неправильно думает». Люди смеются, а потом вдруг ловят себя на том, что делают это всерьёз. И вот тут наступает момент истины — заблуждение становится зеркалом.
Если смотреть шире, THE DELUSION — часть новой волны искусства, где художники используют игровые движки и технологии не ради эффектов, а ради содержания. Это не VR-аттракцион и не очередная «цифровая штука ради хайпа». Это исследование общества, где границы между реальным и виртуальным уже давно размыты. Где мемы могут рушить репутации, а алгоритмы решают, кого мы любим и кого ненавидим. И, может быть, единственный способ вернуть себе контроль — это осознать, что мы давно в игре. И правила никто нам не объяснил.
С точки зрения формы, проект безупречно выстроен. Всё — от визуального языка до звукового дизайна — работает на идею раздвоенности. Цвета то гипнотически яркие, то угрожающе тёмные. Звуки то мелодичные, то как будто нарочно фальшивые. Даже тексты, появляющиеся на экранах, балансируют между пророчеством и интернет-мемом. Это эстетика «цифрового абсурда», в которой чувствуется и отчаяние, и ирония. Невозможно не вспомнить, что сам термин «delusion» означает и «заблуждение», и «наваждение» — то, в чём мы живём, когда перестаём различать истину и шум.
Пожалуй, самое важное, что делает THE DELUSION, — она возвращает ощущение участия. Не в смысле «вовлечённости» как маркетингового слогана, а настоящего соучастия. Здесь невозможно остаться нейтральным наблюдателем. Ты или играешь, или стоишь в стороне и чувствуешь себя лишним. Это честная метафора современного мира — мы все в этом вместе, нравится нам это или нет.
В конце концов, THE DELUSION — это не о технологиях и даже не о цензуре, хотя они тут присутствуют. Это о людях. О том, как легко мы теряем связь, и как трудно её восстановить. О том, что реальность давно стала многопользовательской, а правда — вещью договорной. И о том, что, может быть, единственный способ не сойти с ума — это научиться смеяться над этим. Именно так и делает Даниэль Брэтвэйт-Ширли. И, возможно, в этом нет никакого заблуждения.
THE DELUSION
Serpentine North
До 18 января 2026 года
