Бессмертный бог смерти Осирис
У древних египтян был бог, чья карьера началась с убийства, продолжилась расчленением, а закончилась весьма солидной должностью в загробном мире. Осирису не удалось сохранить ни собственную жизнь, ни царский престол, зато он получил власть над всеми умершими. Его брат, организовавший убийство, вероятно, рассчитывал на несколько иной результат. Впрочем, египетская мифология вообще редко вознаграждала преступников именно тем, на что они надеялись.
Осирис, один из главных богов Древнего Египта, изображался в виде человека с зелёной или чёрной кожей, в белой короне с двумя высокими перьями. Его тело обычно плотно обёрнуто тканью, словно мумия, а в скрещённых руках он держит пастушеский посох и плеть, символы царской власти. Для современного человека подобный облик скорее напоминает покойника, которого забыли похоронить. Для египтянина это был образ надежды: смерть не обязательно означает окончательное исчезновение.
История Осириса дошла до нас в многочисленных египетских текстах и изображениях. Наиболее связное изложение мифа оставил греческий писатель Плутарх, живший на рубеже I и II веков нашей эры. Между ним и древнейшими египетскими свидетельствами лежали тысячелетия, поэтому его рассказ нельзя считать первоначальной версией. Египетские мифы вообще не существовали в виде единой утверждённой редакции. Разные города, жрецы и эпохи предлагали собственные подробности, не слишком беспокоясь о согласовании сюжетов.
Осирис был сыном бога земли Геба и богини неба Нут. Его братьями и сёстрами считались Исида, Сет и Нефтида. Согласно позднейшей традиции, Осирис получил власть над Египтом и научил людей земледелию, установил законы и приобщил их к религиозным обрядам. Иными словами, превратил довольно беспокойное человечество в организованное общество. Исида стала его супругой и помощницей. Египетская божественная семья, как и некоторые царские династии, не видела особых препятствий для браков между родственниками.
Но у Осириса был брат Сет, связанный с пустыней, бурями, насилием и беспорядком. В позднейших пересказах его часто представляют воплощением зла, хотя в египетской религии он играл гораздо более сложную роль. Сет мог защищать солнечного бога Ра от чудовищного змея Апопа, а некоторые фараоны открыто пользовались его покровительством. Тем не менее в истории Осириса именно ему досталась роль убийцы.
По рассказу Плутарха, Сет изготовил великолепный сундук, точно соответствовавший размерам тела Осириса, и принёс его на пир. Гостям предложили по очереди примерить роскошный предмет: кому он подойдёт, тот и станет владельцем. Когда внутрь лёг Осирис, заговорщики захлопнули крышку, закрепили её и бросили сундук в Нил. Получилась одна из самых дорогостоящих ловушек в истории мифологии, причём жертва добровольно заняла предназначенное ей место.
Исида отправилась искать мужа. В версии Плутарха сундук вынесло к берегам Библа, на территории современного Ливана, где вокруг него выросло дерево. Ствол оказался настолько красивым, что местный правитель приказал сделать из него колонну дворца. Исида сумела получить тело Осириса и вернула его в Египет. Но Сет обнаружил останки, разрубил их на части и разбросал по стране. В египетских традициях число частей различалось; популярные четырнадцать относятся к одной из версий, а не к обязательному канону.
Исида вместе с сестрой Нефтидой разыскивала останки и оплакивала погибшего. Бог Анубис, тесно связанный с погребальными обрядами, в позднейших изображениях помогает подготовить тело Осириса. Магическая сила Исиды позволила временно оживить супруга, и в мифологической традиции она зачала от него сына Гора. Осирис не вернулся к прежней земной жизни. Вместо этого он стал владыкой царства умерших, тогда как его сыну предстояло бороться с Сетом за египетский престол.
История выглядит довольно мрачной, особенно если учесть, что речь идёт о божестве плодородия и возрождения. Но для земледельческой цивилизации, зависевшей от ежегодных разливов Нила, связь смерти и новой жизни была совершенно естественной. Вода покрывала поля, оставляла плодородный ил, семена исчезали в земле, а затем появлялись молодые побеги. Осириса связывали с этим круговоротом. Его зелёная кожа обозначала растительность и обновление, а чёрная напоминала о плодородной почве долины Нила. Цвет смерти в данном случае одновременно был цветом жизни.
Египтяне даже изготавливали особые фигурки Осириса из земли, смешанной с зерном. Их увлажняли, позволяя семенам прорасти, а затем помещали в погребальный контекст. Такие предметы, которые исследователи называют зерновыми Осирисами, превращали религиозную идею в небольшой ботанический опыт. Мёртвое тело бога буквально покрывалось зелёными ростками. Древние египтяне умели объяснять богословие без длинных проповедей: достаточно было немного земли, зерна и воды.
Особенно важным культовым центром Осириса стал Абидос. Там проходили религиозные празднества, посвящённые его гибели и торжеству над смертью. Египтяне стремились получить символическую связь с этим священным местом, даже если не могли быть там похоронены. В Абидосе устанавливали памятные стелы и совершали обряды, которые должны были обеспечить участие умершего в судьбе бога. Сохранившиеся надписи показывают, насколько тесно государственная религия переплеталась с личной надеждой на продолжение существования.
В ранних царских погребальных текстах особая близость к Осирису принадлежала прежде всего фараону. Позднее загробные представления распространялись на более широкие слои общества. В заупокойных формулах имя умершего нередко сопровождалось именем Осириса: человек как бы отождествлялся с богом, преодолевшим смерть. Это не означало всеобщего равенства при жизни или гарантированного спасения после неё. Хорошие похороны, ритуальные знания и материальные возможности по-прежнему имели значение. Египетское общество не избавлялось от социального неравенства даже при подготовке к вечности.
Самая знаменитая сцена загробного суда изображает взвешивание сердца умершего. На одной чаше весов лежит сердце, на другой находится перо Маат, символ истины и справедливого порядка. Анубис следит за весами, Тот записывает результат, а чудовище Аммат ожидает возможности поглотить сердце того, кто не выдержал испытания. Осирис восседает на престоле как верховный судья. В известном папирусе писца Ани, созданном около 1250 года до нашей эры, эта процедура представлена с подробностью, достойной хорошо организованного судебного учреждения.
Здесь обнаруживается важная особенность египетского представления о загробной жизни. От умершего требовалось не только знание правильных заклинаний, но и нравственное оправдание. В так называемых отрицательных исповедях человек заявлял, что не совершал убийств, не крал, не обманывал и не нарушал справедливого порядка. Эти заявления не были современным уголовным кодексом и не предполагали беспристрастного расследования в нашем понимании. Тем не менее сама мысль, что поведение человека при жизни имеет значение после смерти, получила чрезвычайно выразительное художественное воплощение.
Осирис, впрочем, не был единственным властителем загробного пространства. Египетская религия представляла собой сложную систему пересекающихся верований, где солнечное возрождение Ра сосуществовало с осирическим воскресением. Умерший мог стремиться соединиться с Осирисом и одновременно сопровождать солнечного бога в его ночном путешествии. Для египетских жрецов здесь не обязательно существовало противоречие. Современное стремление разложить всех богов по отдельным ведомствам могло бы вызвать у них некоторое недоумение.
Борьба Гора и Сета добавляла мифу политический смысл. Гор, сын Осириса, выступал законным наследником, а Сет оспаривал его права. В разных версиях спор сопровождался судебными разбирательствами, хитростями, насилием и вмешательством других богов. Фараон, правивший Египтом, ассоциировался с живым Гором, а умерший царь с Осирисом. Так миф объяснял преемственность власти: правитель умирал, но царский порядок должен был продолжаться.
В греко-римскую эпоху почитание Осириса переплелось с культом Исиды и Сераписа. Последний был божеством, чей образ получил особое распространение при Птолемеях и объединил египетские и греческие религиозные черты. Культы Исиды и Сераписа распространились далеко за пределы Египта, достигнув Рима и других городов Средиземноморья. Иногда исследователи сопоставляют историю Осириса с позднейшими представлениями о воскресении в других религиях. Но сходство отдельных мотивов само по себе не доказывает прямого заимствования. Осирис, в отличие от божества, возвращающегося к обычной земной жизни, продолжал существовать в мире умерших.
Возможно, самая своеобразная черта Осириса заключается в том, что его победа совсем не похожа на привычный героический триумф. Он не убил своего убийцу, не вернул престол и даже не восстановил прежнее существование. Эту работу египетская мифология поручила другим. Сам же Осирис получил власть над тем, чего не могли избежать ни фараоны, ни жрецы, ни крестьяне. Сет хотел избавиться от брата навсегда, а в результате обеспечил ему самую многочисленную паству в Египте.
