Майорка: перенаселённый рай с характером
Майорку часто представляют как большой средиземноморский курорт, где человек перемещается по простому маршруту: аэропорт, отель, шезлонг, буфет, снова аэропорт. Образ не совсем ложный — пляжей, гостиниц и отдыхающих здесь действительно хватает. Но сводить остров к курортной индустрии примерно так же справедливо, как описывать Италию исключительно через пиццу. Майорка — крупнейший остров Балеарского архипелага и всей Испании, территория площадью около 3 640 квадратных километров, на которой постоянно живёт почти миллион человек. Это не декорация для отпуска, а отдельный мир с древними каменными башнями, готическими соборами, горными деревнями, собственным языковым характером и весьма напряжёнными отношениями с массовым туризмом.
Люди появились здесь задолго до римлян, арабов и британских туристических компаний. Одной из главных загадок древней Майорки остаются талайоты — массивные сооружения из огромных каменных блоков, построенные без цемента и сложной техники. Они напоминают одновременно башни, крепости и очень серьёзные заявления в адрес соседей. Талайотическая культура развивалась на Балеарских островах в бронзовом и железном веках, однако назначение некоторых построек до сих пор обсуждается. Их могли использовать для наблюдения, собраний, ритуалов или демонстрации власти. Вероятно, древние жители тоже любили архитектуру, которая должна была внушать окружающим мысль: «Мы здесь надолго».
В 123 году до нашей эры остров захватили римляне. Они основали города, развивали сельское хозяйство и включили Майорку в средиземноморскую торговлю. После распада Западной Римской империи власть переходила от вандалов к византийцам, а в начале X века остров оказался под мусульманским управлением. Именно тогда совершенствовались системы орошения, каналы и водохранилища, без которых земледелие в местном климате было бы занятием для неисправимых оптимистов.
В 1229 году король Арагона Хайме I высадился на Майорке и начал христианское завоевание острова. Это событие стало поворотным для его культуры, языка и архитектуры. Мусульманская Медина-Маюрка постепенно превратилась в христианскую Пальму, а на месте главной мечети начали строить собор Санта-Мария, более известный как Ла-Сеу. Строительство растянулось на несколько столетий — обычная история для великих европейских соборов, которым никогда особенно некуда было спешить.
Ла-Сеу сегодня выглядит так, будто огромный готический корабль причалил прямо у моря. Его центральный неф поднимается примерно на 44 метра, а гигантское окно-роза считается одним из крупнейших в готической архитектуре. В начале XX века над интерьером работал Антонио Гауди. Он изменил освещение, перестроил пространство вокруг алтаря и добавил знаменитый подвесной балдахин. Как часто случалось с Гауди, современники не сразу поняли, украшает он собор или ведёт с ним личный архитектурный спор.
Пальма вообще заслуживает большего, чем короткая прогулка между круизным терминалом и сувенирным магазином. В старом городе сохранились дворцы с внутренними дворами, арабские бани, монастыри, узкие улицы и дома с резными балконами. Рядом с собором стоит королевский дворец Альмудайна, выросший из исламской крепости. Чуть дальше находится круглый замок Бельвер, построенный в XIV веке. Круглых готических замков в Европе крайне мало, поэтому Бельвер выглядит почти подозрительно оригинально.
Главный природный контраргумент тем, кто считает Майорку плоским пляжным курортом, — горный хребет Серра-де-Трамунтана. Он протянулся вдоль северо-западного побережья и занимает территорию более 63 тысяч гектаров. Здесь находятся каменные террасы, оливковые рощи, водные каналы, старинные усадьбы и дороги, которые заставляют водителей быстро пересмотреть собственную самооценку. В 2011 году культурный ландшафт Трамунтаны включили в список Всемирного наследия ЮНЕСКО как пример многовекового приспособления человека к сложной горной среде и дефициту воды.
Самая высокая доступная вершина острова — Пуч-Мажор, поднимающийся на 1 445 метров. Правда, сама вершина находится в военной зоне, поэтому туристам приходится довольствоваться видом издалека. Зато рядом есть десятки маршрутов, включая знаменитую GR 221, известную как «Путь сухого камня». Она проходит через Дею, Вальдемоссу, Сольер и другие места, где каменные дома, кипарисы и горы выглядят так гармонично, словно местные власти заранее согласовали пейзаж с художниками.
Вальдемосса прославилась благодаря Фредерику Шопену и писательнице Жорж Санд, которые провели здесь зиму 1838–1839 годов. Они надеялись на мягкий климат и романтическое уединение, но получили холод, дождь, бытовые сложности и подозрительность местных жителей. Жорж Санд позднее описала этот опыт в книге «Зима на Майорке», далеко не всегда лестной для островитян. Туристическая индустрия с тех пор совершила изящный исторический фокус: неудачную зимовку превратили в одну из главных достопримечательностей Вальдемоссы.
Сольер связан с Пальмой старинной железной дорогой, открытой в 1912 году. Деревянный поезд идёт через горы, тоннели, сады и долины, позволяя пассажирам ненадолго представить, что массовый туризм ещё не изобрели. От города Сольер к порту ходит исторический трамвай. Транспорт давно стал туристическим аттракционом, однако продолжает выполнять вполне практическую функцию, что для красивой старинной техники редкая удача.
Майоркская кухня значительно серьёзнее стандартного набора из паэльи и сангрии. Паэлья вообще родом из Валенсии, хотя сообщать об этом некоторым прибрежным ресторанам бесполезно. Настоящая местная классика — томбет, слоёное блюдо из картофеля, баклажанов, перца и томатного соуса; густой овощной суп sopas mallorquinas; рис arròs brut, название которого переводится как «грязный рис»; колбаса sobrasada с паприкой и знаменитая энсаймада.
Название ensaimada связано со словом saïm — свиным жиром, который традиционно добавляют в тесто. Поэтому воздушная сладкая спираль не так невинна, как выглядит под сахарной пудрой. Её едят без начинки или наполняют кремом, шоколадом, тыквенным вареньем cabello de ángel и другими продуктами, способными окончательно разрушить планы на умеренный завтрак.
Среди символов острова встречаются сиурели — небольшие белые глиняные свистульки с яркими красными и зелёными узорами. Их делают в форме людей, животных, всадников и фантастических существ. Происхождение традиции окружено красивыми теориями: сиурелям приписывают финикийские, греческие и даже доисторические корни. Надёжных доказательств этим версиям немного, но сувенирная легенда обычно чувствует себя прекрасно и без археологической экспертизы.
Отдельный миф связан с миндальными садами. Цветущая Майорка действительно выглядит великолепно, особенно в конце зимы, но рассказы о «миллионах древних деревьев, покрывающих весь остров», часто преувеличены. Миндаль был важной сельскохозяйственной культурой, однако многие посадки пострадали от болезней, засухи и низкой рентабельности. Сегодня фермеры и местные организации пытаются сохранять традиционные сорта и возвращать майоркскому миндалю экономическую ценность.
У острова есть и другая сторона — зависимость от туризма. Ежегодно Майорка принимает миллионы гостей, а летом её дороги, пляжи и инфраструктура работают на пределе. Туризм создаёт рабочие места, приносит доход ресторанам, гостиницам, перевозчикам и владельцам недвижимости. Одновременно он способствует росту цен на жильё, увеличивает нагрузку на воду, транспорт и систему здравоохранения, а многие рабочие места остаются сезонными и сравнительно низкооплачиваемыми.
В последние годы в Пальме проходили массовые демонстрации против последствий чрезмерного туризма. Протестующие связывают туристическую модель с жилищным кризисом, вытеснением местных жителей и превращением городских кварталов в пространства краткосрочной аренды. Одним из символов таких акций стали водяные пистолеты, хотя требования участников касаются не запрета путешествий, а контроля туристического жилья, инфраструктуры и темпов роста отрасли.
Фраза «местные жители ненавидят туристов» удобна, но слишком примитивна. Большинство островитян понимают значение туризма для экономики. Спор идёт о масштабе и распределении выгод: кто получает прибыль, кто оплачивает последствия и может ли человек с обычной местной зарплатой продолжать жить рядом с местом своей работы. Майорка стала одним из главных европейских примеров того, как успешное туристическое направление может оказаться жертвой собственного успеха.
Лучший способ увидеть настоящий остров — немного отойти от стандартной программы. Провести утро в Пальме, поехать поездом в Сольер, пройти часть горного маршрута, заглянуть на сельский рынок, попробовать sobrasada и томбет, увидеть талайот и хотя бы один раз встретить закат не в пляжном баре. Майорка не требует отказа от моря и пляжа. Она лишь осторожно намекает, что за лежаком начинается гораздо более интересная территория.
