Жертвоприношение Колчака

Утром 7 февраля 1920 года на пустынной окраине Иркутска, у места впадения в Ангару речки Ушаковки без суда и следствия был расстрелян Александр Васильевич Колчак (1874-1920) – российский ученый, географ, участник полярных экспедиций, адмирал флота, после октябрьского переворота вступивший в борьбу против большевистской диктатуры и провозгласивший себя «Верховным правителем России».

…В морозном дыму на поляне, в снежной пелене на фоне алой вечерней зари – всадник в военном мундире полуобернулся к смотрящему. Конь – изящный английский жеребец с копытами, тонущими в снежном месиве, – стоит неподвижно. Впереди пути нет – лишь в снегу перед всадником – придорожный крест. Чуть подалее гарцует свита, но офицер на английском жеребце кажется отделенным от всех невидимой чертой: этому коню, этому человеку место не здесь. Он всем чужой… Так изобразила адмирала художница Вера Владимирова, автор живописно-графической сюиты, посвященной этой трагической фигуре российской истории.

Александр Васильевич Колчак до революции был известен как блестящий офицер русского флота и ученый-гидролог, исследователь Арктики. Он родился в Петербурге в потомственной семье военных. Отец Колчака был офицером морской артиллерии, братья отца также служили во флоте. Идя по их стопам, Александр в 1886 году поступил в Морской кадетский корпус и уже тогда, по воспоминаниям кадетов-соучеников, проявил себя как лидер. «Ни один офицер-воспитатель, ни один преподаватель, – вспоминал один из них, – не внушал нам такого чувства уважения, как гардемарин Колчак».

В 1895-1896 гг. молодой офицер участвовал в морской экспедиции на Дальний Восток, плавал в Тихом океане, занимался океанографическими и гидрологическими исследованиями. Революция перевернула его жизнь, вынудив выбрать свой лагерь в жестокой Гражданской войне. Свойственные ему лучшие качества – патриотизм, самоотверженность, чувство воинской чести – поставили Колчака во главе Белого движения в Сибири. Но после первых успехов и побед, вселивших надежду в сердца русских патриотов, он пал жертвой злого рока и предательства. Наступила развязка: 7 февраля по заочному приговору Иркутского военно-революционного комитета, с ведома и санкции Ленина, Александр Колчак был расстрелян и брошен в прорубь. Было ему 45 лет.

Мемориальную доску с именем Александра Васильевича Колчака можно увидеть на русском кладбище в Сен-Женевьев де Буа. Неподалеку живет Юрий Всеволодович Вербицкий – потомок российских воинских родов, прапраправнук Лермонтова. Вместе с женой – московской писательницей Ольгой Ростиславовной Вербицкой – они были главными инициаторами учреждения ежегодного дня поминовения адмирала Колчака в парижском храме преподобного Серафима Саровского.

Эта скромная деревянная церковь, укрывшаяся в буколической глубине сада на улице Лекурб, в сердце XV округа французской столицы, настолько необычна, что ее даже воспроизвели на обложке книги «Необычайный Париж». На крыше храма, рядом с голубой луковкой звонницы, летом и весной шумит раскидистая крона старого платана. При строительстве дерево пощадили. – и сегодня внутри церкви храмовая икона опирается о живой ствол; любители аллегорий могут усмотреть здесь трогательный символ.

В преддверии 10-го по счету дня поминовения Колчака (7 февраля 2014 г.) в парижском русском книжном магазине «Глоб» состоялась встреча с книгоиздателем Александром Петровичем Казаковым, который привез в Париж недавно переизданную им книгу В. В. Синюкова «Александр Васильевич Колчак – от исследователя Арктики до Верховного правителя России». На встречу пришла семья Вербицких – вместе с художницей Верой Владимировой, прибывшей из Иркутска.

– Что вас всех объединило вокруг этой исторической фигуры? – задала я Юрию Всеволодовичу Вербицкому вопрос по окончании презентации.

– С Верой Владимировой и Александром Петровичем Казаковым мы повстречались в России, в моей родовой усадьбе Ровное-Новоблагодатное, подле деревни Боровичи, – отвечает Юрий Всеволодович. – В XVIII веке это «дворянское гнездо» на берегу реки Мсты принадлежало Ольге Александровне Зубовой (по мужу Жеребцовой). Брат ее, знаменитый Платон Зубов, был фаворитом стареющей «матушки императрикс» – Екатерины Великой. В 70-х годах XIX века усадьбу купил мой прадед Александр Фердинанд фон Бергштейн. О последних владельцах имения, моих предках, до недавнего времени мне, по понятным причинам, было мало что известно. Лишь несколько лет назад я смог наконец посетить родные пенаты. И что же? Там сразу чудом отыскались надгробный камень и могила прадеда! После стольких лет забвения! Была устроена торжественная панихида. Собрались местные жители, краеведы, съехались музейные работники. Прибыли в Ровное и московские гости – представители Фонда Александра Солженицына и издательства «Русский путь», взявшие на себя выпуск нашей с Ольгой книги об истории моей родовой усадьбы и ее обитателей… Ну вот, тогда-то мы и познакомились с Верой и Александром, которые тоже были гостями на торжестве. Они привезли в Ровное свой общий интерес к судьбе адмирала. И вскоре их увлечение захватило и нас.

– Отчего вы, молодая художница, в XXI веке «заболели» историей Белого движения? – обращаюсь я к Вере Владимировой. – Как тема Колчака возникла в вашем творчестве?

– Почти случайно. В какой-то газете мне попалась статья с заинтересовавшим меня заголовком: «Мундир английский, табак японский, правитель омский». Выяснилось, что названием послужила строчка из издевательской частушки времен Гражданской войны, где речь шла о Колчаке. Что, как, почему?! И тут мне, из духа противоречия, что ли, захотелось узнать все, что возможно, об этой судьбе, героической и трагичной. В тот момент я заканчивала Художественный институт им. Сурикова. Надо было выбирать тему дипломной работы. Этой темой для меня стал «А. В. Колчак – последний хозяин Сибири».

– Как вы лепили этот образ?

– Для своей работы мне пришлось разработать настоящую «стратегическую» мизансцену, подобную плану настоящей баталии. А вжиться в образ адмирала мне помогали, естественно, фотографии, документы той эпохи и… старинные граммофонные пластинки – все эти вальсы, марши, военные песни того времени, ну и, конечно же, некое «внутреннее зрение», которым должен обладать художник.

Главная картина В. Владимировой обрамлена другими, рисующими основные вехи пути адмирала. Одна из них – «Шхуна «Заря», затертая во льдах» – посвящена фантастической эпопее, словно сошедшей со страниц романа Жюля Верна! Этот эпизод – участие Колчака в составе полярной экспедиции русского географа барона Эдуарда Толля (1858-1902).

В 1901 году Толль отправляется на поиски мифической Земли Санникова – острова-призрака, затерянного в Северном Ледовитом океане, как считалось, расположенного к северу от Новосибирских островов. Эта легенда частично переплетается с преданием о сказочной стране Беловодье. Беловодье ассоциировалось с ирием – раем древних славян. Для Э. Толля этот материк ассоциировался с Арктидой – северным полярным континентом, побережье которого в начале XIX века якобы обнаружил мореход Яков Санников.

В составе экспедиции Толля был молодой гидролог Александр Колчак. Увы, в погоне за материком-миражом весной 1902 года Толль ушел с вмерзшего во льды корабля пешком – в никуда… А год спустя, в мае 1903-го, Колчак отправился на поиски пропавших моряков-первопроходцев – Толля и его экипажа. И тогда же он открыл в Карском море неведомый остров, который в 1906 году был назван его именем. Так он и значился на картах вплоть до 1939 года, когда его спешно переименовали в Расторгуев – по фамилии урядника Якутского казачьего полка Степана Расторгуева, который в экспедиции Толля был каюром – погонщиком собачьей упряжки.

Исконное название острову, названному в честь ученых заслуг Александра Васильевича, было возвращено постановлением правительства России № 433 от 15 июля 2005 года.

***

В монографическом труде «Александр Васильевич Колчак: от исследователя Арктики до Верховного правителя России» помещены ценнейшие свидетельства, материалы и фотографии, многие из которых публикуются впервые. Самые уникальные были предоставлены для книги живущим в Париже музыкантом Александром Ростиславовичем Колчаком – внуком адмирала.

На одной из фотографий – трогающее за душу прекрасное лицо «вне времени». Это портрет Анны Васильевны Тимиревой – последней любви Александра Колчака, пришедшей к нему за полтора года до гибели. «Звезда адмирала» – называют Анну историки. И так же назвал писатель Владимир Максимов свой роман – первое художественное повествование о Колчаке, появившееся на Западе и переведенное на французский.

А первым западным историческим исследованием, посвященным А. Колчаку, стал недавно переизданный двухтомник С. П. Мельгунова «Трагедия адмирала Колчака», – «перенимает эстафету» книгоиздатель Александр Казаков. – Труд Мельгунова был издан в Берлине в 1930 году и посвящен анализу причин, которые привели армию Колчака к поражению. Читаешь этот труд – и ясно видишь, как прямой, безукоризненно честный адмирал, взявший на себя бремя Верховного правителя и мечтавший о восстановлении великой России, столкнулся не только с явным противником в лице большевиков, но и с двурушнической политикой союзников, личными амбициями сибирских атаманов, не желавших признавать конституционную власть; а еще – с действиями международных авантюристов, жировавших в условиях русской беды, и прямым предательством чешских мародеров, сдавшихся в плен русским, а затем за золото выдавших Колчака большевикам. Думается, что эту историю подлости и предательства национальных интересов России не должны забывать наши современники.

– Историю последних дней адмирала Колчака, отравленных подлостью и предательством, можно назвать «Над пропастью во лжи», – резюмирует Ольга Ростиславовна Сидельникова-Вербицкая. – Но, размышляя об этой скорбной судьбе, об этом добровольном жертвоприношении, я утешаюсь, вспоминая бунинские строки:

«Настанет день, когда дети наши, мысленно созерцая позор и ужас наших дней, многое простят России за то, что все же не один Каин владычествовал во мраке этих дней, что и Авель был среди сынов ея. Настанет время, когда золотыми письменами на вечную славу и память будет начертано имя Колчака в летописи Русской земли».

***

В III тысячелетии бунинское пророчество, похоже, начинает сбываться – если не в полной мере, то хотя бы частично.

Так, 18 декабря 2006 года в Иркутске, в здании тюрьмы была открыта экспозиция в бывшей камере Колчака. Экскурсию «Колчак в Иркутске» проводит Иркутский областной краеведческий музей. Роль А. Колчака в истории России раскрывают экспозиции Центра изучения истории Гражданской войны, открытого 13 января 2012 года в Омске. И, как уже сказано, постановлением думы Таймырского автономного округа имя Колчака возвращено острову в Карском море.

Его именем назван астероид.

Be the first to comment

Leave a Reply