Швейцария: роман с традициями

Открыточной красоты виды, ожидающие путешественника в провинциальной Швейцарии, настолько совершенны, что в какой-то момент начинаешь сомневаться в их реальности. Тогда нужно остановить машину, разуться, ступить ногами на атласный зеленый бархат холма, зажмуриться и глубоко вдохнуть. Воздух Швейцарии, настоянный на травах, прохладной свежести горных рек и озер, оглушительно вкусный и очень настоящий. Это не картинка для туристов. Это реальная страна, люди которой влюблены в свою землю и природу, а она отвечает им взаимностью.

Затасканный термин «живые традиции» в Швейцарии обретает смысл. Кроме известных всем стереотипов: изготовление самых точных и качественных в мире часов, надежные банки, пунктуальность, складные ножи «Victorinox», прекрасный шоколад и сыры – в каждом из 26 кантонов и полукантонов страны сохранились местные обычаи, ритуалы, старинные блюда и ремесла – иногда трогательные, странные, прекрасные, смешные, непонятные, архаичные – словом, самые разнообразные. Как, к примеру, ночной дозор на Лозаннском соборе, установленный в 1450 году для предотвращения пожаров в деревянном средневековом городе и сохраняющийся по сей день. Сколько столетий ежедневно сторожа поднимаются по 153 ступенькам к вершине башни и каждый час с 22.00 до 4.00 утра произносят: «Это ночной дозор, час пробил!»

Или альпийские горны – одни из самых больших деревянных духовых инструментов на планете, длиной до 4 метров. Когда-то швейцарские пастухи перекликались ими на альпийских пастбищах, а также использовали как манок для коров. Ныне в стране только 10 мастеров, изготовляющих эти инструменты по традиционной технологии из сосновой древесины. Зато на популярном ежегодном Международном фестивале альпийского горна в городке Ненда играют более сотни горнистов.

Праздник Эскалад в Женеве, Луковый рынок в Берне, коровьи бои в Вале, бернский медведь, открывающий карнавал, бросание флага, национальная борьба швинген – всего не перечислишь. Особенно богат живыми традициями самый маленький кантон Швейцарии – Аппенцелль Иннерроден. Трудно поверить, что в городке Аппенцелль местные выборы вот уже более семи столетий (с 1403 г.) проходят на одной и той же площади – знаменитой на всю Швейцарию Landsgemeindeplatz. Да и сама процедура выборов не изменилась: празднично одетые жители стоят на площади под открытым небом и голосуют поднятием руки. Результаты видны на глаз: каких рук больше – «за» или «против»? Если возникают неясности, люди расходятся на две стороны и голоса пересчитывают. Так избирается не только местное правительство, но и судьи, а также законы, которые раз в год пересматриваются и, если необходимо, меняются. А теперь держитесь крепче: женщины получили право участвовать в голосовании в… 1991 году! В центре Европы! Теперь вы верите, что Швейцария – страна с редко меняющимися традициями?!

Наверное, самый популярный музыкальный жанр в Аппенцелле – йодль. Это особая манера пения без слов обязана своим названием немецкому слову «jodeln», означающему «произносить слог «йо». Как и в истории с альпийскими горнами, традиция возникла в среде альпийских пастухов – как способ общаться друг с другом в горах, где скалы и холмы послушно отражают эхо и переносят звук на дальние расстояния. Однако не думайте, что пение йодлинг – простая штука. Чтобы добиться нужного эффекта, требуются хорошо тренированные связки и умение контролировать свой голос. Весь секрет здесь в умении очень быстро переходить из головного регистра в грудной, то есть с высоких частот голоса на низкие, причем делать это на большой громкости. В Аппенцелле есть ансамбли йодлистов, существует даже особый стандарт йодля – «Appenzeller», который используют многие исполнители этого редкого жанра. И хотя в принципе это полифоническое пение а капелла, иногда у певцов появляется аккомпанемент – звуки ритмично раскачивающихся огромных коровьих колокольчиков (Schollescotte).

Традиционные женские и мужские костюмы – очень красочные и своеобразные – есть в каждой семье. Их изготовление требует знания множества кропотливых техник рукоделия и ремесел, тонкости которых передаются в семьях мастеров из поколения в поколение. В дни больших религиозных праздников и фестивалей костюмы извлекаются на свет. Торжественная процессия наряженных жителей Аппенцелля, кажется, поворачивает время вспять. А в новогоднюю ночь появляются с колядками Сильвестерклаусы: на одних – женские маски, напоминающие лица фарфоровых кукол, и женская одежда, на других – цветастые бархатные мужские костюмы и бородатые маски. На головах – гигантские пышные уборы, обильно украшенные бусинами, стеклярусом и даже картинками из сельской жизни. Мастерски подсвеченные, они мистически сияют в темноте. Это «красивые» Клаусы. «Уродливые» Клаусы надевают грубые одежды из шкур и веток, на головах – демонические маски с рогами. Попадаются и «лесные» Клаусы – в костюмах из веток и листьев.

В конце лета, в августе и сентябре, наступает черед ежегодного красочного ритуала – с высоких альпийских пастбищ спускаются стада скота. Рога и головы животных затейливо украшены венками, цветами и лентами. Медленное шествие-парад сопровождают разнобойные звуки колокольчиков на шеях буренок. Еще одна трогательная пастушья традиция – вечерняя молитва в горах, произносимая на закате солнца, мольба о защите от темных сил и просьба, чтоб на пастбищах было вдоволь травы.

Говорят, в Аппенцелле швейцарцы еще более швейцарские, чем в других частях страны. Можно еще долго перечислять живые традиции этого края, но лучше их увидеть – в окружении земли, природы и культуры, которая и дала им начало.

www.appenzell.ch, www.museum.ai.ch, www.myswitzerland.com

У «крыши Европы»

Кантон Граубюнден лежит в самом сердце швейцарских Альп. Край высокогорных долин, цветущих альпийских лугов, снежных пиков, ледников, озер и ручьев, где берут начало три крупные европейские реки – Рейн, Дунай и По, утекающие в три моря – Северное, Черное и Адриатическое, гордо именуют «крышей Европы». Это целая туристическая планета со всемирно известными горнолыжными курортами – Давос, Санкт-Мориц, Ароза, Церматт, Вербье, Лейкербад. Наш путь лежит в Понтресину – небольшой городок в Верхних Энгадинах.

Поездка из Цюриха до Понтресины по железной дороге длилась почти четыре часа, за это время пришлось сделать три пересадки. Тот, кто бывал в Швейцарии, знает: расписание поездов составлено так, что, подъезжая к станции, где у тебя пересадка, уже видишь свой следующий поезд – либо стоящим на перроне, либо подъезжающим к нему спустя несколько минут. Но даже при идеальной точности стыковок столь долгоиграющая поездка показалась бы утомительной – если бы не окончилась восхитительным путешествием по Ретийской железной дороге (Rhätische Bahn, www.rhb.ch). Когда мы расположились в ярко-красных вагончиках, сидевшая рядом пожилая швейцарка спросила: «Вы впервые здесь?» И, получив утвердительный ответ, мечтательно улыбнулась и вздохнула: «Как я вам завидую…» Очень скоро я поняла, о чем она: пейзажи за окнами буквально ошеломили.

Поезд мчался над глубокими ущельями, заглянуть на дно которых было страшновато даже из окна. Нависающие скалистые утесы, живописные перевалы и горные каньоны мелькали друг за другом, ненадолго обрывались в черных пещерах тоннелей и снова возникали то справа, то слева. Серпантином вившаяся узкоколейка разворачивала наш поезд под такими углами, что из окон первого вагона был прекрасно виден его хвост. По величественным, захватывающей высоты виадукам, удивительных форм мостам… все выше, выше, к горным хребтам, покрытым снегом. Нетрудно понять специалистов ЮНЕСКО, включивших часть Ретийской железной дороги в свой список Всемирного культурного наследия!

Строить ее начали в конце XIX века – чтобы привлечь туристов в удаленные и труднодоступные уголки Швейцарии. Инженеры и строители использовали самые продвинутые по тем временам технологии – к примеру, зубчатые пути были оборудованы специальными рельсами, позволяющими составу подниматься высоко в горы. На линиях Альбула и Бернина общей протяженностью 128 км насчитывается 196 виадуков и мостов, многие из которых – шедевры инженерной мысли, не говоря уже о 55 тоннелях, крутые повороты которых заставляют вспомнить американские горки! Из окон нашего вагона мы видели еще более шикарный поезд – «Ледниковый экспресс» с огромными окнами и прозрачным потолком. Он отправляется из горнолыжного курортного городка Церматт. Можно только представить, какая панорама обзора открывается из «Ледникового экспресса»!

И вот мы в Понтресине. Совсем рядом, в 7 км, Санкт-Мориц – супердорогой курорт, давно облюбованный коронованными особами, миллионерами, знаменитостями и золотой публикой всех мастей. Конечно, мы там побывали, но, к моей большой радости, жили в Понтресине. В отличие от светски-гламурного Санкт-Морица, в этом местечке, уютно прикорнувшем
на склоне холма Бернинской долины на высоте 1800 метров, царят умиротворение и покой, который обрамляющая природа возвышает до какой-то медитативной экзальтации. В городке 1850 жителей, в туристический сезон население возрастает до 6700 человек. Шарм Понтресины – в очаровательном соседстве архитектуры старых энгадинских домов с декорированными граффити стенами (XVII-XVIII вв.) и элегантных отелей в духе белль-эпок. В одном из них – пятизвездочном «Гранд Отель Кроненхоф» («Grand Hotel Kronenhof», 7504 Pontresina – St.Moritz, Switzerland; www.kronenhof ) мы и остановились.

«Там, в Санкт-Морице, тратят деньги. Ко мне приезжают жить» – эта сентенция принадлежит одному из директоров отеля. Не могу с ним не согласиться. При всем великолепии гранд-стиля этого отеля, встречающего стройными пропорциями фасада со стеклянным портиком и высоким куполом, украшенными лепниной и росписями потолками холла с изящно позванивающим хрусталем люстр, огромными окнами, обрамляющими горные пейзажи с бурным речным потоком, это прежде всего место, где покойно и комфортно отдыхать, а не «тусоваться».

История отеля началась в 1848 году с постоялого двора, в погребе которого Лоренц Гредиг устроил винный магазин. Вина он закупал в соседней Италии, в Велтлине, транспортируя груз на лошадях через Бернинский перевал. Часть этого пути мы одолели во время пешей прогулки по горам. Не знаю, было ли у Гредига, как у нас, достаточно времени любоваться открывающимися захватывающими горными панорамами и озерами (каждое своего особенного цвета), потому что дела быстро пошли на лад и в 1851 году он открыл гостиницу под именем «Gasthouse zur Krone-Post».

А потом произошла история, которую считают отправной точкой туристического бума в этих краях и очень любят рассказывать гостям. Иоханнес Бадрутт, владелец тогда еще совсем небольшого отеля «Кульм» (ныне «Kulm Hotel St. Moritz»), заключил пари с четырьмя англичанами, отдыхавшими у него летом. «Приезжайте ко мне зимой, – предложил он. – Если не понравится, оплачу все ваши дорожные расходы из Лондона и обратно». Британцы с друзьями прибыли на Рождество, а уехали… после Пасхи.

Бурное развитие туризма в кантоне в последней четверти XIX века способствовало притоку гостей. Пройдя через ряд преобразований и грандиозных достроек, обновленный отель в 1898 году предстал во всей славе необарочной архитектуры под новым именем – «Grand Hotel Kronenhof and Bellavista». Сегодня элегантный декор и атмосфера белль-эпок соединяются в отеле с самыми передовыми технологиями индустрии отдыха. Чего стоит «Cronоnhof Spa», чьи одетые стеклом футуристические формы напоминают космический объект, приземлившийся на холме. На 2000 кв. метров спа-комплекса поклонники этого вида отдыха найдут все, что пожелают душа и тело.

Главные рестораны отеля – «Grand Restaurant» и «Kronenstübli», оба с прекрасной кухней, но совершенно различные по атмосфере. Первый, как и следует из названия, торжественный, с обилием позолоты и росписями на высоких потолках, в белых одеждах скатертей. К ужину здесь принято надевать black tie. А вот «Kronenstübli» – небольшой зал с обшитыми деревянными панелями стенами, где чувствуешь себя очень уютно и по-домашнему. Стоит заглянуть и в винный погреб, с которого и начиналась история отеля и где все еще стоят сохранившиеся с тех пор гигантские бочки и диковинного вида спортивная утварь; посетить бар и лаунч, где, как в старые добрые времена, курят трубки и сигары.

Но засиживаться в отеле, даже таком совершенном, не стоит – вокруг столько природных красот и возможностей для активного отдыха, полтора века притягивающих людей со всего мира – от пеших прогулок в горы и катания на санках или собачьих упряжках до экстремальных трасс для горнолыжников – Пик Корвач (3451 м) и Диаволецца (2978 м). Как говорится, дело вкуса и кошелька!

Be the first to comment

Leave a Reply