Исторический союз Terry O’Neill – Leica

Перед объективом его камеры коронованные особы снимали мантии, а короли бокса – перчатки. В фотографиях Терри О’Нила нет надуманностей, притворства и поз, столь характерных для фотографического жанра как такового. Его модели, преимущественно мировые знаменитости, почти не смотрят в объектив, пребывая в собственном мире, часть которого как будто случайно запечатлелась на фотоплёнке.

Словно автор восхитительных, естественных как сама жизнь снимков не прилагал усилий для достижения подобного результата и камера в его руках непроизвольно щёлкнула в нужный момент. Именно в этой небрежности, лёгкости и отсутствии театральных эффектов кроется великий талант художника. Именно в видимом отсутствии усилия секрет, сделавший уроженца Туманного Альбиона столь знаменитым.

Команда New Style уже не раз беседовала с легендарным фотографом, но сегодняшняя встреча особенная.

О’Нилл отмечает декады своего сотрудничества с канонической камерой Leica совместным детищем – фотоаппаратом ограниченного тиража с собственными инициалами.

– «Искренние снимки» – первое, что попадается на глаза в описании ваших работ. Что предопределило эту необычную, расслабленную, почти небрежную манеру фотографии?

– Мне всегда казалось, что заранее планировать нюансы фотосессии бессмысленно. Интересные, по-настоящему необычные снимки рождаются спонтанно и, как правило, не требуют никакой определённой подготовки. Это краткий миг незапланированного совершенства, правильный поворот головы, дуновение ветра, угол солнечного света, природные сочетания цветов. Я всегда, на протяжении всей жизни, отдавал предпочтение очень маленькой камере Leica и благодаря этому не выделялся из толпы. Звёзды нередко забывали о моём присутствии и держались крайне естественно, размеры моего фотоаппарата превращали меня скорее в приятеля, пытающегося сделать неформальный снимок на память. Именно этого я и добивался, в этом был самый главный трюк моего ремесла.

– Почему из всех камер вы выбрали именно Leica?

– Линзы Leica не имеют аналогов, а компактность делает камеру универсальной. Я перепробовал огромное количество камер и не смог остановиться ни на одной, всегда возвращался к излюбленной Leica. Совершенствовались модели, усложнялась техническая начинка, но качество и простота использования всегда оставались на высшем уровне. Другие фотографы возили за собой фургоны с аппаратурой, а я гулял налегке с миниатюрной Leica в кармане и всегда делал очень удачные кадры, словно за мной стоял штат помощников и ассистентов.

– Вы снимали Фрэнка Синатру больше, чем кто-либо другой. При каких обстоятельствах произошло ваше знакомство, и помогло ли использование миниатюрной Leica в вашем долголетнем сотрудничестве?

– Нас познакомила Ава Гарднер. Точнее, она написала письмо Синатре, упомянув обо мне, и, когда в 1968 году я вручил его легендарному музыканту во время съёмок Lady in Cement в Майами, он расплылся в улыбке и немедленно разрешил мне приступить к съёмкам, словно знал меня очень давно. Мы были в приятельских отношениях, и я сделал огромное количество его фотографий, но в отличие от многих знаменитостей Синатра не обращал на меня никакого внимания, полностью концентрируясь на собственных подготовках к концертам, доверяя моему чутью фотографа и давая мне безграничную свободу творчества. Leica, конечно же, сыграла большую роль в нашем творческом союзе, она сделала меня фотографом-невидимкой.

Никаких прожекторов и светоотражающего оборудования, искусственных поз и утомительных фотосессий. Меня словно и не было, Синатра не чувствовал моего присутствия, вёл себя расслабленно и непринуждённо. Успех моей карьеры был во многом предопределён нашим знакомством, на протяжении двадцати лет я оставался практически единственным его частным фотографом.

– Leica зарекомендовала себя репортажной камерой. Согласны ли вы с этим?

– Бесспорно. В шестидесятых я был одним из самых молодых фотографов на Fleet Street, снимающих в жанре репортажа.

Leica давала фантастическую возможность снимать в этом жанре легко и небрежно, словно я был рождён с фотоаппаратом в руке. Мой стиль стал легкоузнаваемым, и множество юных фотографов стали неожиданно снимать в моей спонтанной и абсолютно новой для шестидесятых манере. В течение первого года работы в качестве штатного фотографа на легендарной Fleet Street, Мекке для английских журналистов, мне посчастливилось сделать первую официальную фотографию знаменитой ливерпульской четвёрки и снять последнее публичное появление Уинстона Черчилля, покидающего госпиталь с неизменной сигарой в руке. Позднее героями моей миниатюрной Leica стали Род Стюарт, Бриджит Бардо, Фрэнк Синатра, Дэвид Боуи, Кейт Мосс, Одри Хэпберн, Элвис Пресли и десятки других не менее значимых фигур современности. Я творил историю, а в моей руке всегда неизменно была Leica.

– Расскажите о вашем последнем совместном проекте с Leica.

– Когда Leica предложили выпустить ограниченный тираж из 35 камер с моими инициалами, я был очень польщён. При создании серии были учтены все мои пожелания, и к каждой камере мы решили добавить подписанную мной фотографию Одри Хэпберн. На момент официальной презентации все 35 камер уже были проданы, возможно, в будущем какие-то из них можно будет купить на частных аукционах.

Примечание:

Официальная презентация камер Leica ограниченного тиража с инициалами Терри О’Нилла состоялась в рамках лондонского фотобиеннале Photo London в мае 2018 года.