Слоны в спальнях, кенгуру в кабинете

ArtGuide_06
Laura Ford Days of Judgement (Cats I-VII) ©Laura Ford /Gautier Deblonde

 Скульптура Лоры Форд в Strawberry Hill House

Наткнувшись на эти две высокие черные фигуры на Leadenhall Street в лондонском Сити, не сразу соображаешь, что это… коты. То есть не совсем, конечно, коты, но головы и волочащиеся по земле хвосты бронзовых статуй худых мужчин в куртках, застывших на невысоком подиуме, бесспорно, кошачьи. «Кот № 1 и Кот № 2» – часть скульптурной группы «Судные дни» (Days of Judgement) – обосновались в деловом центре британской столицы на время фестиваля  Sculpture in the City 2015. Остальные участники хвостатой компании нервно меряют гигантскими шагами просторную лужайку перед готическим замком Strawberry Hill House в Туикенеме, где этим летом открылась выставка скульптур известной английской художницы Лоры Форд (Laura Ford).

Форд говорит, что источником вдохновения для «Судных дней» послужила средневековая фреска «Изгнание Адама и Евы из Эдемского сада» (1447 г.) Томмазо Мозаччо из часовни Бранкаччи в церкви Санта-Мария-дель-Кармине во Флоренции. Размышления о состоянии человечества после грехопадения и изгнания из рая скульптор делегирует группе из 7 черных бронзовых котов с человеческими фигурами высотой до 2 метров и более. Их позы перекликаются с позами охваченных скорбью Адама и Евы на фреске: головы понуро опущены, кто-то закрыл рукой (лапой?) глаза, кто-то обхватил голову руками… Каждый сам по себе, погружен в свои переживания, не замечает присутствия других и никак с ними не связан, все двигаются в разных направлениях.

Когда Форд впервые показала эту скульптурную композицию (в «мягкой» версии из тканей) в 2013 году, коты напомнили критикам группу поэтов-экзистенциалистов в разных стадиях стресса. Сама же автор соотносит их с одинокими фигурками людей, хаотично движущихся по полотнам английского художника Лоури, но с привкусом анархизма и коварства небезызвестного нам кота Бегемота – фантасмагорического героя булгаковского романа «Мастер и Маргарита». Форд говорит, что работала над этой скульптурной группой в период банковского кризиса 2008 года. Отсюда еще одна аналогия – с банкирами-финансистами. Впрочем, лица как таковые у скульптур отсутствуют, и эта безглазая безликость персонажей позволяет зрителям наделять их собственными страхами и сомнениями. А вот их характеры художница мастерски передает через позы и осанку.

ArtGuide_05
Kangaroo © Laura Ford / Gautier Deblonde

Когда Лора Форд на выставке  рассказывала о своих работах, меня поразил контраст между этой приветливой, открытой, легко и заразительно смеющейся женщиной и странными, сумеречными, сюрреалистически отстраненными, но по-своему трогательными существами, созданными ее воображением. Уткнувшиеся в стену или стоящие посреди сада белые фигуры-призраки «Плачущих девочек», лица которых прячутся за завесой волос; мальчики в пижамах и комнатных тапочках с большими слоновьими головами (Bedtime boys); танцующие девушки в меховых передниках и шляпках-кокошниках –  рукава их глухих закрытых платьев свисают до пола, а из подошв деревянных башмаков прорастают не то корни, не то шпоры, напоминающие куриные лапы (Dancing Clog Girls)… «В своих скульптурах я в первую очередь вижу комичную сторону, а потом – темную. Но темная сторона присутствует. Меня интересует эта борьба между любовью и ненавистью», – призналась Лора.

Герои скульптур Форд – животные, дети, люди или гибриды из тех и других – повод для психологического исследования художницей человеческих характеров, душевных состояний, затаенных чувств; возможность заглянуть в глубины подсознания, поднять острые социальные и экологические темы. Автор называет свои работы скульптурами, одетыми как люди, которые маскируются под животных.

Форд говорит, что в ее работах смешались юмор, меланхолия и темные тайны психики. Чего в них точно нет – так это пафоса. Лора выработала достаточно сложный и неоднозначный символический художественный язык, вызывающий у зрителя противоречивые чувства и реакции. «Часто люди, глядя на мои работы, думают, что у меня было очень тяжелое детство», – смеется скульптор. На самом деле все с точностью до наоборот.

Лора Форд родилась в городе Кардифф, в Уэльсе. Детство проходило то в путешествиях на передвижных ярмарках-аттракционах (родители матери работали в этой индустрии), то на ферме у бабушки-дедушки, где одно время был небольшой зоопарк. Так что к компании реальных домашних животных и фантастических существ с ярмарочных аттракционов и каруселей Лора привыкала с самых ранних лет. Реальность и фантазия то и дело переплетались: покрытая золотой краской женщина, неподвижно сидевшая на ярмарке в стеклянном колпаке с крысами, на перерыв выходила из своей стеклянной тюрьмы – перекусить чипсами в трейлере у Лориного дедушки. Любимым аттракционом девочки была статуя Франкенштейна: сидишь в боксе, смотришь на него и, замирая от страха, ждешь, когда огромная неподвижная фигура монстра вдруг оживет, зашевелится и погонится за тобой. Сладкое предвкушение жути! Ни с чем не сравнимое удовольствие, которое дети получают, переодеваясь в героев сказок или фильмов, придумывая и разыгрывая  собственные фантастические истории, примеряя на себя разные роли, Лора как-то естественно продолжила в своей взрослой жизни – в творчестве.

Первые скульптуры, которые она помнит с детства, – небольшие фарфоровые фигурки в стиле «каподимонте». Ее дедушка собрал солидную коллекцию этих статуэток. Знакомство со скульптурой продолжилось в годы учебы  в монастырской школе, где в изобилии присутствовали статуи святых и Богоматери. Лора Форд окончила Академию искусств города Бат и Школу искусств Челси, Лондон.

Год, проведенный в странствиях по Индии, стал поворотным в ее отношении к скульптурным материалам. Индийская скульптура нравилась Лоре всегда, но в британских музеях представлены были лишь безупречно-совершенные экспонаты этой древней культуры. В Индии же Форд столкнулась с совершенно новой для себя традицией: паломники наряжали статуи богов в реальные разноцветные сари, украшали тканями, умащивали маслами или наносили пигменты. Лора говорит, что это преображает статуи – они выглядят как существа, в которых вдохнули жизнь, которых кто-то любит и заботится о них.

ArtGuide_04
Bedtime Boys II & III © Laura Ford / Gautier Deblonde

Так начался новый этап в ее творчестве: кроме традиционных скульптурных материалов – бронза, камень, керамика – Форд стала использовать реальные ткани, предметы, шить и вязать для своих скульптур одежду, головные уборы. Часто в ход шли уже ношеные вещи подходящего размера, которые она тайком тащила из гардероба своих детей – у Лоры их трое! Правда, скульптор клянется, что всегда покупала им взамен новые.

Мир детства – как ключ к миру взрослых – одна из доминант  ее творчества. Многие годы Форд делила время между своими детьми и работой в студии; жизнь семьи – постоянный источник идей в ее скульптурах. Кроме того, ограниченное время, которое удавалось выкроить для работы в мастерской, научило ее максимально фокусироваться. Лора шутила, что, когда ее собственные дети вырастут, наверное, придется одалживать у друзей.

Еще один нюанс, объясняющий пристрастие Форд к нетрадиционным материалам и тому, что она вручную шьет-вяжет костюмы для своих скульптур, – протест против бытующей в современном искусстве практики: достигнув определенного уровня признания, художник перестает делать вещи своими руками, нанимая команду помощников, воплощающих в жизнь его эскизы.

Соединение несовместимого в новую иррациональную сущность, материализация воспоминаний и сновидений, юмор абсурда – при всей внешней близости к сюрреализму работы Лоры Форд вобрали в себя гораздо более широкий круг культурных референций. Скульптор говорит о сильном влиянии, которое оказали на нее фильмы поэта Жана Кокто («Смерть поэта» и «Орфей»), картины Федерико Феллини и Дэвида Линча, а также постановки немецкой танцовщицы и хореографа Пины Бауш – дерзкие, обнаженные, эмоциональные картины человеческих страхов и страстей.

Идею поселить творения Лоры Форд в Strawberry Hill House – доме писателя и эксцентрика Горация Уолпола – можно без колебаний назвать гениальной. Гораций, сын первого премьер-министра Англии Роберта Уолпола, воплотил в лондонском пригороде Туикенеме свою версию готического замка. Весьма эклектичную, но эффектную: крутой замес готических элементов, где присутствовали  и  часовня,  и башня, и галереи с крестовыми сводами, винтовые лестницы, витражи, резные потолки, скульптурные камины, старинная мебель и коллекция искусства, средневековое оружие в «рыцарском зале» и много чего другого. Однажды ночью в спальне этого дома Горацию привиделся  кошмар: будто он в старинном замке, а на перилах высокой лестницы лежит гигантская рука в железной перчатке. Сон оказался судьбоносным: глубоко впечатленный увиденным, Гораций бросился писать роман и так увлекся, что завершил его менее чем за два месяца. «Замок Онтарио» Горация Уолпола ознаменовал возрождение готического романа в Европе, так же, как его дом Strawberry Hill House спровоцировал моду на готику в архитектуре XIX века.

История замка и его знаменитого владельца, интерьеры и немногие уцелевшие предметы некогда богатейшей коллекции вдохновили Лору Форд на создание большей части работ, представленных на нынешней выставке. Кстати, это первая экспозиция современного искусства в истории Strawberry Hill House, недавно открывшего свои двери после многолетней сложной реставрации. В замке, который Гораций проектировал как «цепь театральных пространств, построенных на игре масштабов, колорита и среды, задуманных  как восхитительный сюрприз, пробуждающий воображение», провокационные, странные, будоражащие, комично-грустные персонажи Лоры Форд кажутся материализацией фантазий. Как эхо бывшего рыцарского зала в библиотеке застыли на паркете пять поверженных воинов при полной амуниции (Armour Boys); под стрельчатыми позолоченными арками Трифория, где Гораций хранил свои любимые сокровища, замерла гигантская кенгуру – судя по ее настороженному испуганному взгляду, наверняка умыкнувшая в свою сумку какую-то драгоценность (Kangaroo). В зале, где некогда висел портрет трех сестер Уолдгрейв, сидящих за столом  в белых атласных платьях и напудренных высоких париках (кисти Джошуа Рейнольдса), все три героини картины волею Лоры Форд реинкарнировались в трех белых пуделей с замысловатыми прическами, причем в  абсолютно идентичных портрету позах! Да и дух владельца замка, Горация Уолпола, здесь, воплощенный в скульптуре… Впрочем, вы сами догадаетесь, в какой именно, если посетите экспозицию работ Лоры Форд в Strawberry Hill House. Выставка продлится до 1 ноября этого года.

Laura Ford

Strawberry Hill House

268 Waldegrave Road, Twickenham, Middlesex

London TW1 4ST

www.strawberryhillhouse.org.uk

Be the first to comment

Leave a Reply