Егор Бероев. Я есть

Актер театра и кино, телеведущий. Популярность принесла роль Эраста Фандорина в фильме «Турецкий гамбит». В 2012 году вместе со своей женой актрисой Ксенией Алферовой создали благотворительный фонд «Я есть», миссией которого является адаптация в обществе детей с ментальными особенностями развития и предоставление им возможностей жить полноценной жизнью. Любит сниматься в авторском кино, лошадей и ездить в отпуск в Италию на своей машине.

– Совсем недавно в Лондоне в частном закрытом клубе «Институт директоров» (Institute of Directors) состоялся очень интересный спектакль с вашим участием – «У джаза не бывает будней, не правда ли?», в котором вы воплотили на сцене образ Фрэнсиса Скотта Фицджеральда под музыкальное сопровождение пианистки Басинии Шульман. Насколько вам близки и интересны писатели «потерянного поколения»? Фицджеральд, Ремарк, Хемингуэй…

– Премьера спектакля состоялась этим летом на Лазурном Берегу непосредственно в отеле «Бель Ривз» (Belle Rives Hotel), где когда-то жил Фицджеральд. И когда возникла идея повторить спектакль в Лондоне, я с удовольствием поддержал ее. Это история любви Фрэнсиса и его жены Зельды. Организатором и идейным вдохновителем проекта является Club Eclectique – клуб, объединяющий поклонников светских раутов и интеллектуальных вечеров.

Писатели «потерянного поколения» мне очень близки. Всегда с удовольствием их перечитываю. Но с еще большим удовольствием мне нравится разбираться в их биографиях, жизнях, взаимоотношениях с друзьями. Фицджеральд был очень интересной персоной, но Ремарк и Хемингуэй, на мой взгляд, более удачливы. Как литератор для меня ближе Ремарк. Его «Жизнь взаймы» – моя самая любимая вещь. Такая масштабная и глубокая.

– Знаю, спектакль в Институте директоров не единственный проект, в котором вы участвуете в этот свой приезд в Лондон?

– Не единственный. Так совпало, что я играю еще один спектакль в Лондоне. Это совершенно другая история – вместе с Нонной Гришаевой мы играем спектакль «Варшавская мелодия» по пьесе Леонида Зорина. Очень проникновенный спектакль о любви длиною в жизнь.

Также на Неделе Российского кино я представляю фильм «Территория», в котором сыграл главную роль, и буду еще читать Бродского и Маяковского на одном из вечеров.

– Какая у вас насыщенная жизнь в Лондоне. Часто здесь бываете? Наверняка есть что-то, что вас особенно привлекает?

– В Лондоне я бываю очень редко. К сожалению. И так как я падок на постоянство, мне здесь очень нравятся традиции, особое отношение к древности. Нравится, как одеты люди, какие портфели они носят, на каких машинах ездят. Как-то все очень скромно, не на показ. Спокойно и с большим уважением к вещам, которые когда-то приобрели.

Частные клубы, парки, верховая езда…

– Вам никогда не хотелось самому открыть частный клуб для, скажем, потомственных актеров, каким вы сами являетесь? Можно было даже учредить степени посвящения в зависимости от того, какое поколение актерской династии представляет тот или иной член клуба. У вас в этом случае была бы третья степень, раз вы представляете третье поколение в семье актеров.

– Я не считаю, что актерская профессия должна продолжаться по принципу династии. Это же не мастерство, это же на шахтеры. Актер – либо дано, либо нет. Актерство – вещь заразная. Попадая за кулисы театра, почувствовав сценическую пыль, дыхание зала, свет рампы, понимаешь, что это затягивает. Сложно отказаться от этого. Должна быть сильная мотивация, чтобы найти себя как профессионал, как личность.

Есть много примеров, когда совсем не хочется ни смотреть, ни слушать какого-нибудь «продолжателя актерской династии».

– С Лондоном связано еще одно знаковое событие вашей жизни: здесь во время Олимпиады в 2012 году состоялась презентация благотворительного фонда «Я есть», который вы учредили вместе со своей женой Ксенией Алферовой в помощь детям с особенностями развития. Расскажите про этот фонд? Многое удалось сделать?

– Эта такая тема масштабная, что в двух словах и не расскажешь. Тема сложная.

Мне кажется, что за эти несколько лет удалось сделать очень много. Фонд развивается, работает много программ, нас знают.

Наша главная задача – изменить отношение в обществе к детям с ментальными особенностями  развития, включая синдром Дауна, расстройство аутистического спектра (РАС), и главное – отношение государства к этой проблеме.

Благодаря Ольге Юрьевне Голодец, которая состоит в попечительском совете и представляет фонд в правительстве, понемногу все сдвигается к лучшему. Мы не занимаемся фандрайзингом, мы стараемся сделать так, чтобы деньги, выделяемые государством на содержание таких детей, шли на их развитие, на программы помощи в адаптации в обществе детей с особенностями. В месяц на каждого ребенка тратится порядка 150 тыс. рублей. Это достаточно большая сумма. Надо только немножечко развернуть  систему. Чтобы и родители, у которых родился ребенок с синдромом Дауна, не пугались и имели возможность воспитывать его дома, жить вместе с ним, и государство могло помогать этим родителям.

На протяжении многих лет советская власть говорила родителям в роддомах, что лучше отказаться от такого ребенка, что это не человек и он не сможет нормально жить; прятала таких детей в интернатах, практически лишая их индивидуального отношения, внимания, общения и таким образом развития. Из детских интернатов они прямиком попадали в ПНИ – психоневрологические интернаты, по сути своей психушки. Они там медленно умирали или кончали жизнь самоубийством. Это страшно.

Если такие дети воспитываются в семье, они обучаются и достигают больших результатов. Именно такими людьми заполняются серьезные айтишные университеты. В Америке Силиконовая Долина – кругом люди с различным расстройствами аутистического спектра. Люди с Синдромом Дауна, выросшие в семьях, – абсолютно нормальные, они заводят семьи, рожают детей, преподают в университетах.

– Вы говорите о программах адаптации детей с особенностями развития. Что это за программы?

– Мы считаем, что дети с особенностями развития должны входить в общество на равных правах. Этих детей лечить не надо. Им надо помочь адаптироваться и интегрироваться в общество. Научить их жить в обществе, чтобы они могли работать, обслуживать себя самостоятельно. Чтобы дети с особенностями развития ходили в школу. Хорошо, в коррекционную школу, но в школу. В этом году 29 детей из нашего интерната пошли в такую школу, а дети из Борисовского интерната ходят в обычный детский сад. Обычный. Это прорыв!

Мы занимаемся их трудоустройством. У нас есть ребята, которые работают в кафе, на кассах в магазинах. Один парень с синдромом Дауна работает поваром.

Такого просто не могло быть раньше.

Мы запустили большую программу обучения социальной адаптации для ребят, как родительских, так и сирот, когда специально создается команда из нескольких человек, сопровождаемое проживание. Они живут в квартире и учатся ухаживать за собой, платят за квартиру, готовят, ходят в магазин, помогают друг другу.

И конечно, очень важно изменить отношение в обществе к детям с особенностями развития. И не только к детям.

– Вы не планируете, как, например, благотворительный фонд «Подари жизнь», вывести «Я есть» на международный уровень?

– Пока нет. У нас есть партнеры или, скорее, международные консультанты, с которыми мы взаимодействуем с точки зрения обмена опытом. Запад сильно преуспел в отношении адаптации в обществе особенных людей с синдромом Дауна, аутизмом, с ДЦП. Мы обязаны использовать их опыт.

– Какое доброе, благородное и очень важное для общества дело вы делаете. New Style желает вашим особенным подопечным жить яркой, интересной и полноценной жизнью среди обычных интересных и ярких людей!

Be the first to comment

Leave a Reply